Объявления

Писать просто и ясно так же трудно, как быть искренним и добрым.
(с)Сомерсет Моэм


Четвёртый всадник

:) Место для самых отчаянных авторов-мазохистов, желающих испытать невероятные ощущения :)

А теперь серьезно.
В этом разделе есть два правила.
1. Будь доброжелателен.
2. Если не готов выполнять пункт 1. - ищи себе другой форум, не дожидаясь действий администрации.

Модераторы: Becoming Jane, просто мария

Четвёртый всадник

Сообщение Hellfalcon Январь 21st, 2016, 7:48 pm

Глава 1 Во мрак
И пришёл он к вратам, зияющим чёрным злом посреди раскалённого ада.
И стучал в них со всей силы три дня и три ночи.
И открыл ему дьявол, спросив, что же нужно ему.
А он отвечал – «правды».
Преподобный Клаус «Закрома Мефистофеля»




- Чёрт возьми, Гаррет, держись! Держись за мою руку!
- Не отпускай, Антиодх! Только не отпускай!
Кто бы мог предположить, что этим закончится обыкновенная вылазка к подножию вулкана с благой целью – найти потерявшихся друзей. Несколько дней назад академия города Хонорус отправила сюда группу ребят с исторического факультета под присмотром господина Ипкиса с целью изучения местности. Они должны были исследовать территорию у основания потухшего вулкана Вуд-Ава. Переодически здесь находили следы обитания цивилизации ещё более древней, чем нынешнее герцогство Аркуэль, поэтому экспедиция обещала быть интересной и захватывающей.
Никто из них не вернулся ни на следующий день, ни через день, ни через неделю. В городе поднялась паника, но городские власти смогли успокоить родителей. Они уверили, что поисковая экспедиция уже собирается и запретили кому бы то ни было, кроме представителей закона, отправляться к вулкану. В конце концов, бывший командор разведотряда Ипкис не только опытный историк, но и знаток в области выживания в любых, даже самых суровых условиях. «Вероятно, они просто заработались допоздна и решили там задержаться, у них есть всё необходимое снаряжение» - так звучала официальная версия. И эта притянутая за уши теория всех устроила, вернее – почти всех.
Гаррет и Антиодх нутром чуяли, что здесь что-то не так. Они тайком собрались, снарядили лошадей и покинули Хонорус.
Дорога петляла мимо живописных деревушек и озёр. Они проезжали мимо стад пасущихся коров, погоняемых симпатичными девушками - пастушками. Переехали через красивый фигурно вырезанный мост, которому было никак не меньше двухсот лет. Погода радовала их безоблачным небом и тёплыми солнечными лучами. Длинные, доходящие до подбородка иссиня-чёрные волосы Гаррета колыхались на ветру, то открывая, то закрывая затейливую красную татуировку на правой стороне лица. Он заправил буйные пряди за ухо и поправил воротник белой рубашки рукой, поблёскивающей разнообразием серебряных колец.
У Антиодха таких проблем не наблюдалось, его длинные рыжие волосы были всегда собраны в тугой конский хвост на затылке. Привычным жестом поправляя очки в роговой оправе, он пытался поудобнее перевесить сумку со свитками, перьями и чернильницами, перекинутую через его плечо. Антиодх слышал, что у подножия Вуд-Авы обнаружили пещеру с затейливыми рисунками древней цивилизации и собирался всё подробно зарисовать.
К подножию вулкана они добрались через несколько часов. Спящее уже много веков образование из потухшей лавы казалось ещё более огромным вблизи. Парни привязали лошадей в ближайшей роще, а сами взяли необходимое снаряжение и двинулись по тропе. Подобного рода экспедиции сюда были отнюдь не редкостью, поэтому дорога, по которой они шли, была хорошо протоптана. И спустя каких-то полчаса, перед ними открылся лагерь. Пустой лагерь.
Гаррет проверил угли в кострище – дрова тут жгли давно.
- Эй, подойди сюда на минутку.
Антиодх отбросил в сторону большие ветки и глаза Гаррета округлились:
- Какого дьявола тут происходит…
Это были мешки, доверху полные инструментов, снаряжения и припасов. Гаррет нагнулся, подёргал державшие лямки шнурки и посмотрел на друга:
- Их даже не открывали.
Антиодх нахмурился и покрутил головой из стороны в сторону. «Что же здесь произошло?»
Его взгляд упал на лоскут ткани в двадцати метрах от них. Антиодх подошёл, поднял его и рассмотрел ближе. Грубая коричневая ткань, из такой обычно шьют прочные штаны. Гаррет, молча, подошёл к нему и подбородком указал на точно такой же лоскут вдалеке. Они собрали пять кусков разной величины один за другим, прежде чем след оборвался. Антиодх растерянно озирался по сторонам:
- И что будем теперь делать?
- Я не знаю. Давай вернём…
Земля под ногами Гаррета резко провалилась, образовав глубокую яму. Антиодх успел отпрыгнуть в сторону, но Гаррету не так повезло. В последний момент парень успел-таки зацепиться левой рукой за дёрн, а правую сильно подвернул. Антиодх на локтях подполз к дыре и, вцепившись в руку Гаррета, стал тащить его изо всех сил.
- Чёрт возьми, Гаррет, держись! Держись за мою руку!
Гаррет смотрел на него круглыми от страха глазами и, напрягая все свои силы, пытался подтянуть себя:
- Не отпускай, Антиодх! Только не отпускай!
- Я тебя не отпущу! Давай! Потихоньку! Вот так. Я тебя вытащу, вот увидишь.
Гаррет стал потихоньку подтягиваться наверх. Это потребовало последних оставшихся у него сил, он прикусил губу до крови и держался за предплечье своего друга, проклиная невозможность уцепиться обеими руками. Антиодх поднимал его не спеша, уцепившись ногами за толстый, торчащий из земли корень. Гаррет вылез на поверхность и опёрся здоровым локтём о землю. Антиодх улыбнулся:
- Ну, вот видишь, я же тебе говорил! Я же говорил, что вытащу тебя! А ты, небось, уже и испугаться успел, верно?
Гаррет облегчённо улыбнулся и парни рассмеялись. Большой кусок земли обвалился прямо под Гарретом. На какое-то мгновение удивлённые взгляды ребят встретились, а в следующую секунду их руки расцепились от резкого рывка, и Гаррет с громким криком полетел в темноту.
- Гаррет! Гаррет!!!
Эхо от громкого крика слышалось ещё несколько секунд, а затем утихло. Антиодх сложил ладони вместе и прокричал в них:
- Гаррет, ты живой? Ты меня слышишь?
Никаких звуков, только непроглядная тьма глубокой ямы. Антиодх упал на спину и вцепился в волосы руками:
- Что же делать? Что же мне теперь делать?!


***


Старая покрытая зарубками мотыга в очередной раз зацепилась за торчащий из земли корень. Дед Саэль чертыхнулся от души и тут же боязливо огляделся. Его благоверная, после последнего посещения своей двоюродной сестры Хильды, взяла себе новомодную и безнадёжно глупую привычку городских лупцевать его, дабы выбить из мужа сквернословие. Якобы у Хильды это получилось, а о том случае, когда она, перестаравшись, столкнула мужа с лестницы все как-то подозрительно не помнят. И теперь ненаглядная вооружилась скалкой из берёзового сучка и, бывает, ждёт где-то притаившись, чтобы выпрыгнуть и огреть его самое лучшее по спине.
Саэль почесал за ухом самый свежий след её заботы. Он поплевал на руки, ухватился за древко поудобнее и стал тянуть со всей силы, аж вены на шее взбугрились. Когда почувствовал подозрительный укол в пояснице, тут же отпустил, проклиная старость и ревматизм. Чёрт с этой мотыгой, никуда она не денется. Он вытер пот со лба грубой рубахой и обернулся на шум.
Молодой плотно сбитый юноша яростно махал мотыгой на участке его соседа. Мышцы оголённого по пояс парня бегали под блестящей кожей, и это заставляло Саэля чувствовать себя на сотню лет старше. Старик с ностальгией пощупал правую руку, некогда грозу потасовок во всех корчмах к югу от Хоноруса. А сейчас он едва мог поднять кусок хлеба, чтобы утереть усы от капустного супа.
Юноша трудился так усердно, что брызги грязи из влажной земли были у него даже в слипшихся в потный колтун волосах. Он остановился, заметил старика и приветливо помахал ему.
«Вот чертяга добронравный. Улыбаешься, а сам думаешь, небось: какой же он старый и дряхлый. Ну, погоди, сопляк, в эту игру могут играть и двое».
- Доброе утро, дедушка Саэль!
«Какой я тебе дедушка, с дубу рухнул что ли».
- И тебе утро доброе. Прости память старика, годы уже не те, мы с тобой уже встречались?
- Да как же, дедушка Саэль! Я же Брин, внук Вадгаста, соседа вашего уж полсотни лет! Мне дед столько о вашей дружбе многолетней рассказывал!
«Ага, представляю, что там этот старый хрыч понарассказывал. Как я ему уборную поджёг, пока он внутри сидел, или как он мне воду для посева отравил».
- Неужели не помните меня? Вы же мне мой первый лук вон в той роще из ясеня вырезали, помните? Я ещё цыплёнка вашего ненароком подстрелил. Хорошо ещё, что жена у вас душенька - словечка не молвила и простила.
«Тебя-то она простила, а как только ты за порог, меня эта "душенька" отстегала по полной программе тушкой этого несчастного цыплёнка».
- Да, Бог наградил супругой кроткой аки лань.
Саэль ещё раз окинул взглядом его богатырскую фигуру и вздохнул. «Повезло же Вадгасту, этому черносливу сушёному, с внуком. И поле перекопает, и дров нарубит, и воды натаскает, а вечерком сядет у огня и будет просить деда байку рассказать...» Он моргнул раз-другой и незаметно потёр глаза рукавом.
- Вы в порядке, дедушка Саэль? Вы...
Внезапно им обоим в лицо ударил сильный ветер. Невесть откуда взявшиеся чёрные тучи затянули небо, деревья как будто иссохли на глазах, а трава пожухла и пожелтела.
- Дедушка, что проис...
- Ложись!
Ветер вырвал мотыгу из земли, и она просвистела над головой Брина, которого Саэль успел сбить с ног. Поток воздуха всё усиливался и усиливался, вдалеке показалась стремительно приближающаяся стая воронов.
- Там кто-то едет!
- Что? Быть того не может!
Саэль прищурился и разглядел всадника прямо под тучей из чёрных перьев. Он быстро приближался и когда старик наконец разглядел его, то ахнул, перекрестился и зашептал молитвы.
Им оказалась женщина с резкими чертами лица в чёрно-зелёном одеянии. Длинные, до ягодиц чёрные волосы плащом развевались за её спиной. Но не это обратило на себя его внимание, а её конь. Отец Саэля разводил лучших стременных в округе, даже герцог однажды приобрёл у него двух. И если бы только Саэль не видел своими глазами, как этот конь несётся, вздымая сухую дорожную пыль, он бы побился об заклад на бриллианты против орехов, что конь мёртв.
Белые слепые глаза, сочащиеся гноем копыта, впалые бока, тонкой кожей обтягивающие рёбра. «Это невозможно».
Женщина не обратила на них никакого внимания и пронеслась мимо как ураган. При этом самая ближняя к дороге молодая поросль моментально увяла, а у Брина, не пойми с чего, пошла носом кровь. Саэль дотронулся до своих ноздрей и тоже ощутил кровотечение. Слабость мгновенно подкосила обоих, и они упали на землю. Их руки стали покрываться чёрной коростой от кончиков иссыхающих пальцев. Изо рта под жуткий разрывающий лёгкие кашель побежали струйки крови. Брин непонимающе смотрел на Саэля удивлёнными глазами, но у старика не было ответов. Они сгнили заживо и провели последние минуты жизни страдая в луже крови и рвотных масс. Изуродованные чудовищной болезнью тела так и остались лежать рядом на том же месте.
Неподалёку из земли одиноко торчала застрявшая в корне мотыга.


***


Гаррет открыл глаза.
Громкий стон эхом разлетелся во все стороны, и парень хрипло закашлялся. Всё тело жутко болело от полученного при падении удара. Он почувствовал резкую боль в левом бедре и нащупал торчащую в нём ветку. Гаррет чертыхнулся и крепко стиснул зубы. Он несколько раз быстро вдохнул и выдохнул, прежде чем резко выдернуть её. Крик боли прокатился волной и не стихал ещё какое-то время. "Похоже, в той стороне туннель." Юноша поднял голову и оглядел едва заметные при слабом свечении скользкие каменные стены. Напоминает водосток, возможно, что он упал в какой-то старый колодец. Но откуда этот запах… Гаррет посмотрел вниз и истошно заорал.
Он лежал на большой куче мёртвых тел, большая часть из которых уже разложилась. Эта бесформенная мякоть из костей и сгнившей плоти смягчила ему падение и, похоже, спасла жизнь. По всей видимости, он не первый, кто сюда упал. Гаррет стал выбираться из мокрой кучи тел, кишащей большим количеством трупных червей. Левой рукой пытаясь опереться на что-то помимо внутренностей, он стал выдёргивать пальцы правой, застрявшей в глазницах облезлого черепа. Едва сдерживая рвотные позывы от запаха и омерзения, Гаррет выбрался, вытирая руки об штаны. Он оторвал кусок рубашки и кое-как перевязал рану на ноге. Только теперь до него дошло, что в бедро ему воткнулась никакая не ветка, а чьё-то ребро.
Сильно припадая на левую ногу и прислоняясь ко влажной каменной стене, парень поковылял по коридору в темноту. Вдалеке он расслышал какой-то шум. «Если к колодцу выкопали туннель, значит, где-то точно должен быть выход». Под ногами было много луж, судя по хлюпающим звукам. Гаррет попытался разглядеть эту воду, но он и ног-то своих не видел. «Странно, последний дождь прошёл недели две назад». Он дошёл до развилки и, немного подумав, повернул направо. Следующее распутье встретило его уже через десять минут. На этот раз выбрал левую ветку, пытаясь мысленно сосредоточиться на источнике шума. «Может, мне показалось?»
Впереди снова раздался какой-то звук. Гаррет стиснул зубы и, бормоча себе под нос проклятия, попытался ускориться. Ещё одна развилка – и поворот налево. Звук усиливался. «Это что... голоса? Так там люди?» Парень воодушевился и, махнув рукой на рану, ускорил движение. «Наверняка это члены экспедиции. Надо скорее их догнать, пока они не ушли и не бросили меня здесь». Теперь можно было отчётливо различить, что это голоса людей. Гаррет упёрся в тупик, но, исследовав его руками, нащупал ручку. «Так и знал, что тут будет дверь». Он потянул ручку на себя, но её, по всей видимости, заклинило. Пришлось упереться здоровым коленом в стену и тянуть обеими руками. С противным скрипом дверь стала медленно открываться. За нею было очень светло и, распахнув её, Гаррет буквально ослеп на несколько мгновений.
С трудом разлепив слезящиеся глаза, парень разглядел комнату, уставленную множеством странных металлических приспособлений с острыми шипами и ножами. Посередине стояла большая закрытая бочка, а прямо над ней стояла клетка, внутри которой были…
Гаррет в спешке пересёк комнату, поднялся на мостик перед дверью и вцепился в прутья решётки:
- Лотен! Ирана! Диагаст!
Сидящие в камере подняли на него недоверчивые глаза, пытаясь разглядеть пришельца:
- Что тебе ещё от нас надо? Постой… Гаррет? Ребята, это Гаррет!
Все повскакивали и прильнули к решётке, стремясь дотронуться до друга и убедиться, что это не мираж. Лотен вцепился в рукав Гаррета и взволнованно зачастил:
- Выпусти нас отсюда! Ты же пришёл нас спасти, так? Отопри решётку сейчас же!
- Погоди, кто вас здесь запер? Где все остальные? И где господин Ипкис?
Трясущийся палец Лотена указал на бесформенный наполненный чем-то мешок, пропитанный кровью. Ирана твёрдо отодвинула его в сторону и посмотрела ясными глазами на Гаррета:
- Мы упали. Нас схватили и затащили сюда. Господину Ипкису предложили свободу, так как Ему были нужны только мы. Но профессор отказался, даже после того, как его привязали вон к тому шипастому столу. Спустя несколько часов жутких пыток он, наконец, освободился от мучений. А остальных практически сразу увели в другое место.
Гаррет стоял потрясённый, не в силах пошевелиться. «Да что же здесь такое творится». Темнокожий Диагаст заставил его вздрогнуть:
- Мужик, потом будешь всё это переваривать. Сейчас ты должен нас выпустить, смекаешь?
Юноша коротко кивнул. Под пристальными взглядами узников он стал обыскивать каждый стол, уставленный пробирками и мензурками. Гаррет обшарил все шкафы, полные пыльных книг на неизвестном ему языке. Попытался заглянуть даже в бочку, но та была запечатана каким-то механизмом. Ничего.
Он наклонился и подобрал с пола тонкий кусок металлической проволоки и вернулся к друзьям. Блестевший от пота Лотен чуть не сбил его с ног:
- Ты нашёл ключ? Нашёл? Выпусти нас отсюда скорее, я не хочу, чтобы Он вернулся!
Гаррет покачал головой и показал им кусочек металла:
- Ключа нет, я нашёл только это.
Ирана спокойно стояла, скрестив руки на груди, и подняла бровь:
- А ты умеешь взламывать замки?
- Был опыт… Ну ладно, не отвлекайте меня и скоро я всех вас вытащу, а затем мы уберёмся из этого жуткого места.
Он дотронулся проволокой до замка. Раздался жуткий громкий вой. Все заткнули уши руками. Гаррет смог расслышать только низкий голос Диагаста:
- Что это ещё за чертовщина?
Женский голос кричал ему в ответ:
- Похоже, это сигнал тревоги. Видимо, он срабатывает, когда кто-то пытается взломать замок.
А Лотен вцепился в руку Гаррета, причиняя тому боль, и истошно завопил:
- Открывай! Открывай скорее! Он идёт! Он сейчас придёт!
Морщась от отвратительного воющего звука, Гаррет трясущимися пальцами вставил проволоку в замок и стал пытаться нащупать прорезь. Завывания прекратились так же резко, как и начались. На мгновение в комнате повисла полная тишина, пока…
Пока из коридора отчётливо не раздался звук тяжёлых шагов.
Плюнув на остатки гордости, Лотен завизжал:
- Открывай эту чёртову дверь, быстрее!
Даже у обычно спокойной Ираны глаза округлились от страха, а Диагаст, огромный мускулистый Диагаст, съёжился в уголке камеры, закрыв голову руками. Гаррет прикусил губу. «Чёрт, ну цепляйся же ты!»
Звук шагов становился всё громче и отчётливее. Кончик проволоки отломился и остался в замке. «Чёрт! Чёрт! Будь ты проклят!» Гаррет спешно вытащил обломок и снова принялся искать этот крючок.
Дверь в комнату медленно открылась, и раздался сухой голос, от которого волосы вставали дыбом:
- О, как интересно.
На пороге стояло нечто, состоящее на первый взгляд исключительно из костей. Длинный чёрный балахон скрывал практически всё тело, но не грудь, испещрённую рёбрами и не лицо-череп, с горящими зелёными огоньками в пустых глазницах. Вокруг его правой руки была обмотана цепь, а на её конце – большие старые песочные часы. На поясе возле левой была закреплена огромная ветхая книга. Скелет выглядел озадачено, если такое вообще можно было сказать про это существо.
- И что же у нас тут, спасательная экспедиция? Я помешал тебе стать героем, парень?
Гаррет, заикаясь от волнения и страха, отпустил замок и поднял обе ладони вверх:
- Пожалуйста, господин…
Скелет наклонил голову набок.
- Можешь называть меня Морт. Моего настоящего имени тебе не выговорить.
Юноша сглотнул и оглянулся на товарищей. Те сбились в кучку в угол клетки и не отрывали взгляда от скелета. «Чёрт, как же этот мерзавец их запугал».
- Господин Морт, пожалуйста… Не могли бы вы отпустить меня и моих друзей?
Назвавшийся Мортом поскрёб костлявым пальцем подбородок:
- В принципе, я ничего не имею против тебя или твоих друзей. Но…
- Но?
Огни в глазах Морта стали ярче:
- Ничего личного, просто я дал слово.
И он нажал какую-то кнопку на панели справа от себя.
Пол под ногами Гаррета задрожал, и он свалился с мостика на пол, ударившись больным бедром. Шипя от боли, парень приподнялся на локтях и услышал противный скрип. Огромная бочка под камерой с его друзьями зашипела, а её крышка стала медленно отъезжать в сторону. Из неё вырвалось огромное количество пара, а булькающий звук кипения Гаррет расслышал даже отсюда. Лотен, Диагаст и Ирана заорали от страха и от болезненных касаний горячего воздуха.
- Пожалуйста, отпустите нас!
- Зачем вы это делаете?!
- Помогите!!!
Гаррет рванул к открывающейся крышке бочки, схватился за неё и попытался задвинуть обратно. Большой пузырь кипятка лопнул прямо рядом с его правой ладонью, и её ошпарило до мяса. Юноша истошно завопил от боли и упал, схватившись за покрасневшую руку. Морт покачал головой:
- Ну и кто тебя просил туда лезть? Ещё один бесполезный идиот. Закончу с ними – займусь тобой.
Он нажал ещё какую-то кнопку. Гаррет слезящимися от боли глазами посмотрел на друзей. А они во все глаза смотрели на него и кричали. И тут пол их камеры стал разъезжаться в разные стороны. Гаррет упал на колени перед Мортом и ударился лбом о холодный пол:
- Пожалуйста! Пожалуйста, отпустите их! Я сделаю всё, что угодно, только отпустите моих друзей!
Морт посмотрел на него и задумчиво почесал подбородок. А затем нажал одну из кнопок справа от себя, и открывавшийся пол камеры остановил своё движение. Ребята в страхе сбились в кучку на последнем оставшемся «островке», боясь соскользнуть в кипяток. Лотен зарыдал:
- Спасибо! Большое спасибо, боже!
Ирана обеспокоенно смотрела то на Гаррета, то на Морта. Диагаст вцепился в решётку побелевшими костяшками пальцев, безумными глазами наблюдая за лопающимися под ними пузырями. Гаррет на коленях медленно подполз к Морту, трясущейся левой рукой взял край его подола и поцеловал, шепча:
- Спасибо, я сделаю всё, что вы скажете.
- Всё, говоришь?
Гаррет поднял глаза и встретился взглядом с зелёными огнями в глазницах. Он мог бы поклясться, что скелет улыбается ему.
- Тогда ты это переживёшь.
Морт резким движением нажал другую кнопку и пол камеры моментально разъехался до конца. Он видел перед собой мокрые от слёз щёки Лотена, изумлённые глаза Ираны и обезумевший взгляд Диагаста – а в следующее мгновение услышал всплеск.
И крики. Самый исступленный и громкий вой в его жизни, от которого волосы на голове зашевелились, а кровь застыла в жилах. Вой, от которого хотелось оторвать себе уши, лишь бы не слышать этой застывшей в воздухе боли. Его друзья пытались выбраться, но борты бочки были раскалены докрасна и на них оставались лишь куски кожи. Гаррет зажмурил глаза и закрыл себе уши руками. Не помогло, он слышал всё, до последнего предсмертного хрипа, пока спустя вечность голоса не затихли. Морт спокойно нажал следующую кнопку, и вся конструкция вернулась в изначальное состояние, закрывая собой тела погибших - вернее, то, что от них осталось.
- Ну, а с тобой мне что делать прикажешь?
Внезапно боль в ноге и руке перестала его волновать. Был только Он, этот ублюдок, который убил его друзей. Гаррет вскочил на ноги и бросился на Морта с кулаками. Тот пожал плечами:
- Так торопишься умереть. Ну что ж, дело твоё.
Он выставил перед собой ладонь, и из неё стала быстро расти длинная кость, которая приобрела форму меча. Морт выставил меч перед собой и без видимого труда отбил слепую атаку юноши. Схватка закончилась так же стремительно, как и началась – Гаррет лежал на полу, пытаясь откашляться от резкого удара в солнечное сплетение. Морт встал над парнем, приставив меч к его горлу:
- Бесполезный мусор.
И нажал на меч.
Гаррет зажмурился, но не почувствовал боли. Он открыл глаза и увидел жуткую картину: его тело как будто поглощало импровизированный меч скелета, впитывая его в себя. Морт выглядел озадаченным:
- Чёрт, после стольких лет… Этот парень? Серьёзно?
Он стал бродить по комнате, что-то негромко бормоча себе под нос, а Гаррет не мог найти в себе сил даже на то, чтобы встать. Наконец, Морт подошёл и наклонился к нему:
- Слушай меня сюда, шкет, повторять я не буду. Я сохраню тебе жизнь, если ты пойдёшь со мной.
Из последних сил, приподнявшись на локтях, Гаррет плюнул в лицо скелета и прорычал:
- Да я лучше сдохну.


***


Тепло от стоявшей посреди большого зала жаровни было настолько сильным, что окутывало каждый уголок и забиралось даже в самые дальние от источника места. Уру терпеть не мог жар, но в его длинном списке обязательств на первом месте стояло поддержание огня. Горбун неосознанно потёр обмотанную грязной тряпкой руку, след последней немилости Мастера, когда Уру позволил огню почти угаснуть. Отчаянно морщась от жары, он бросил в огонь несколько увесистых брёвен, облегчённо вздохнул и вытер пот со лба. В углу в луже крови валялось что-то подозрительно напоминающее человеческую кожу. В ежедневные обязанности горбуна входила протирка копоти с инструментов Мастера, но парадокс был в том, что ему строго-настрого нельзя ничего трогать в лаборатории. Выход только один – сделать всё как можно быстрее, чтобы господин не увидел его за работой. Поэтому Уру глубоко вздохнул через половинку носа и полез на самый большой стол.
Поначалу у него получалось. Крохотные конечности компенсировали размер цепкостью, подобно паучку он преодолел половину пути. Пока не схватился за особенно пыльную книгу и не полетел кубарём на пол. Слава Преисподней – ничего не разбилось. Горбун вовсе не был глупым. Он натаскал и построил лесенку из пыльных книг и вскарабкался по ней на самый верх, ухмыляясь своей изобретательности. Наверху его ждал большой сюрприз.
Мастер ушёл допрашивать кого-то и в спешке забыл убрать своё главное сокровище – Бездну Туа-Кетанна. Это огромная раковина моллюска, пролежавшего в священных водах Туа-Кетанна десять тысяч лет. После особого ритуала, где сто жрецов Кетанна вливают в раковину свою силу в течение ста дней, она приобретает уникальные свойства. Наполненная водой родного источника, Бездна показывает кого и что угодно в настоящем времени. Не сказать, что Мастер получил жемчужину Туа-Кетанна честным путём, но Уру никогда не находил в себе глупости спрашивать.
Горбун не должен был, да и не хотел смотреть на поверхность Бездны. Но в жизни маленького монстра было мало интересного и нового, поэтому любопытство пересилило инстинкт самосохранения, и он посмотрел.
Изображение было расплывчатым, но напоминало некую тёмную комнату. Посредине стоял стол, за которым сидели двое и о чём-то оживлённо беседовали.


***


- Я ехала за ними чуть ли не от самого Хоноруса, а ты говоришь мне, что не видел его?
- Да, не видел.
Сидящая за столом женщина в длинном чёрно-зелёном одеянии вперила в собеседника подозрительный взгляд, но Морт спокойно его выдержал. Устав от игры в «гляделки», гостья выскочила из-за стола и заметалась по комнате, как тигрица:
- Мне нужен этот парень с татуировкой на лице. Я давно за ним слежу. Его скелет, его кости – они мне необходимы.
Морт скрестил руки и вопросительно посмотрел на неё:
- Шака, разве тебе мало костей тех трёх детей, что я тебе отдал?
Она злобно посмотрела на него, но почти сразу смягчилась:
- Да, ты выполнил обещание, хорошие, крепкие кости. Памятник Дэмиану почти закончен. Величественный огромный обелиск из тысяч человеческих костей, которые мама собирала с любовью. Мой сын…
Шака закрыла лицо руками и заплакала. Морт не пошевелился, продолжая наблюдать за ней через скрещенные костяные ладони. Размазывая руками тушь по глазам, она прорыдала:
- Сегодня ровно три года как его убили эти подонки, понимаешь? Ровно три года прошло с тех пор, как нашего с Гуэром сына убили какие-то жалкие людишки. Я слышала, что он доверил им свою жизнь, а когда повернулся спиной…
Она зарыдала ещё громче:
- Дэмиан, ах, Дэмиан! Ты всегда был таким наивным, таким доверчивым! Но мамочка этого так не оставила, нет…
Шака подняла красные от слёз глаза на неподвижного Морта. Рот ее исказила жуткая усмешка:
- Я убила тех, кто это сделал. О, они умирали долго и мучительно, можешь мне поверить. А потом я умертвила ещё несколько сотен, чтобы утолить жажду мщения.
Из складок платья женщина достала маленькое зеркальце и чёрный платочек, чтобы привести себя в порядок:
- А из их костей я почти достроила огромный памятник моему сыну. И теперь у меня появилась надежда! Надежда на то, что он вернется!
Она пересекла комнату и вцепилась в его балахон. Морт не сопротивлялся, пока Шака сбивчиво говорила:
- Я могу воскресить его, понимаешь? Я могу вернуть своего сына, но есть одно «но». Это древний сложный ритуал, некромантия высшего порядка, даже тебе такое не под силу. Нужно жертвоприношение, и не абы какое.
Женщина оскалилась:
- Этот обряд сопряжён с сильными нагрузками, и тело обычного человека не выдерживает их из-за хрупкого скелета. Но этот мальчишка… У него есть кое-какие задатки. Он подойдёт.
Шака заглянула прямо в глаза уставшему Морту:
- Теперь ты понимаешь, как важно найти его? Мальчишка должен умереть, чтобы мой сын смог возродиться!
Морт твёрдо отстранился от неё, встал и подошёл к одной из картин, висевшей на стене. На полотне была изображена сцена охоты с собаками кисти очень известного художника Пенелло. Морт обожал коллекционировать картины, более половины всех оригиналов произведений искусства хранились у него.
- Прекрасно понимаю.
Он повернулся к ней с безразличным выражением лица:
- Но, к сожалению, ничем не могу помочь – я его не видел.
Шака вытерла остатки слёз и встала:
- Что ж, тогда я возвращаюсь к Гуэру и мы вместе будем искать мальчонку. Ты мог бы и сам мог навестить его, вы же были как братья.
- Потом. Я слышал, он и без меня сейчас переживает кризис. Хорошей дороги, Шака.
Аватара пользователя
Hellfalcon

 
Сообщения: 19
Зарегистрирован: Декабрь 29th, 2015, 6:25 pm
Откуда: Нижний Новгород
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Вернуться в Проба Пера

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2