Брат

Третий традиционный  конкурс  на звание лучшего Автора года.
Тема от Олега Дивова: "Ложь во спасение".
Работы принимаются с 23.01.2006 по 13.02.2006, до 00:00 по Мск включительно.
Участие в конкурсе ограничено. Подробности в Правилах.

Брат

Сообщение Автор Февраль 5th, 2006, 4:37 pm

Брат

За окном, забранным снаружи железной решеткой, которую обвивала замерзшая виноградная лоза, сгустились сумерки. В Тбилиси умирал очередной день бесснежной зимы страшного девяносто второго года. Сюда, на второй этаж, через закрытые окна доносились привычные звуки далеких выстрелов и, иногда, буханье взрывпакетов и разрывы гранат.
В маленькой комнатушке трехэтажного флигеля, пристроенного сзади к главному корпусу девятой больницы, было тепло и уютно. Комнатушка недавно была гордо переименована в «компьютерный центр» и оборудована одним компьютером, принтером, факсом, стулом и диваном для отдыха.
Сергей официально числился старшим инженером в отделении, работал на единственном имевшемся компьютере с программами диагностирования пациентов. Неофициально же, он являлся главным консультантом по всем техническим вопросам и оборудованию, и оказывал массу мелких услуг всем сотрудникам, кто бы к нему не обратился за помощью. Он мог всё: починить кардиограф, телефон, телевизор, поставить антенну, выбрать и купить техническую игрушку для детей, видеомагнитофон, компьютер – и это был далеко не полный перечень.
Сергею шел тридцать шестой год. Он уже успел обзавестись семьей и двумя детьми, мальчиком и девочкой, двенадцати и семи лет, но зато не успел отяжелеть, облысеть, отрастить животик и приобрести дурной характер. Наверное, поэтому, женская, - большая часть отделения находила своего старшего инженера очень симпатичным и похожим на киноартиста Олега Янковского, на которого он, вообще-то, мало походил. Может, было что-то в осанке, в повороте головы, в улыбке, особенно когда Сергей смущался, но не более… Это мнимое сходство почему-то сильно облегчало Сергею жизнь, позволяло поддерживать хорошие отношения со всеми сотрудницами и немногочисленными сотрудниками.
Ходил Сергей по больнице так же, как и весь персонал, в белом халате, из-за чего пациенты часто принимали его за доктора. Это вызывало у врачей улыбку, но никто не возражал, все понимали, что Сергей и вправду доктор, только по технике. А без современной техники сейчас никуда...
Коллектив в отделении был дружный и разновозрастный, интернациональный и веселый. Все прекрасно ладили.
Больница находилась в Ваке, одном из самых престижных районов города, где жили очень известные и состоятельные граждане, и поэтому всякие безобразия тут происходили относительно редко. Воевали, митинговали и бандитствовали больше на окраинах, в отдаленных районах или в центре: на проспекте Руставели, вокруг Дома Правительства, на площади Ленина. Обычно все страсти кипели там. Больница была еще более или менее спокойным местом и потому что, как у сторонников Звиада Гамсахурдиа, так и у его противников там лежали раненые или больные друзья и родственники. По этой причине, начинающаяся гражданская война пока обходила клинику стороной.
Сергей уже вторую неделю не мог добраться домой, в другой конец города. Практически полностью перестал работать городской транспорт, и даже остановилось метро. Слава богу, что еще работали телефоны, и он каждый день по несколько раз звонил домой, успокаиваясь, только когда слышал в телефонной трубке голоса жены и детей. Но успокаивался он ненадолго. Грабежи и убийства в городе стали обычным явлением. А постоянно сидеть дома было нельзя. Надо же как-то находить пропитание для семьи?
Многим служащим под Новый Год не повезло основательно. Застряв в разных районах города, они уже не имели возможности вернуться домой и превратились в настоящих «кавказских пленников»»
Странные времена пришли в Тбилиси! Вроде бы еще не война, но уж точно не мирное время. Повсюду неорганизованно шлялись вооруженные люди, среди которых были как принадлежащие к двум враждующим лагерям: проправительственного – Звиада Гамсахурдиа и оппозиции – группировки «Мхедриони» Джабы Иоселиани, так и всякая шваль, как всегда верно оценившая ситуацию.
Бандиты и воры в политику только играли, а жертву выбирали лишь по толщине кошелька. Правда, частенько случалось, что и толщина кошелька роли не играла – убивали просто так, удовольствия ради.
Добираться в таких условиях домой было равносильно самоубийству. Проскочить удавалось только в те дни когда, начинали работать метро и городской транспорт. Вот тогда оголодавшие вдалеке от дома граждане быстренько и осторожно пробирались по полупустынным улицам, стараясь по дороге купить хоть какую-то провизию. Это было непросто – город фактически не снабжался. Дождавшись следующего момента относительного спокойствия, «кавказские пленники» брели обратно – на службу. Надо было зарабатывать «фантики», - купоны вместо денег на хлеб, и казаться нужным на работе, чтобы не потерять ее совсем. Потерявший работу, терял и шанс выжить – не только для себя, но и для своей семьи.
В дверь комнатушки постучали.
- Сережа, ты здесь? – послышалось из соседней ординаторской.
- Здесь, здесь, тетя Нино, - обрадовано отозвался Сергей, бросаясь открывать двойные двери своего «компьютерного центра». Двери состояли из бутафорской хлипкой деревяшки со стеклами и наружной железной решетки на петлях с висячим замком, который Сергей приноровился отпирать и запирать изнутри, просовывая руки между прутьями решетки. Какая никакая, а защита!
Санитарка, и по совместительству уборщица, тетя Нино, всегда в чистом и выглаженном белом халате, в белоснежной косынке, завязанной сзади под волосами и стоптанных домашних туфлях, принесла Сергею ужин. В больничной столовой всегда что-то оставалось. Некоторые из больных питались только тем, что приносили родственники, игнорируя скудный и неаппетитный казенный порцион. Некоторые, ничего не поделаешь, умирали… И после них тоже кое-что оставалось.
Этого «что-то» понемногу хватало и дежурным врачам, и санитаркам и таким вот горемыкам, как Сергей, застрявшим на работе. Брезгливость стала непозволительной роскошью. Дают – ешь! Мало, невкусно, но с голоду не умрешь…

- Я тебе каши принесла, с хлебом. Извини, что больше ничего не осталось.
- Ой, да что вы, тетя Нино! Спасибо большое! Вы и так меня балуете. Что бы я тут без вас делал?
Сергей, звякнув ключами, открыл замок, вышел из комнатушки и увидел приветливое лицо женщины.
У Сергея с тетей Нино была взаимная симпатия. Худенькая подвижная женщина лет чуть более сорока, невысокого роста, с паутинками ранних морщин на узком лице и теплыми карими глазами, была всегда в хорошем настроении, несмотря на явно нелегкую жизнь и уже заметный отблеск серебра в волосах. Она постоянно была чем-то занята, кому-то помогала, что-то прибирала, вытирала. Работа в ее руках спорилась.

- Когда покушаешь, тарелку тут, на столе оставь. Я утром убирать приду и заберу ее.
- Конечно, тетя Нино. Кстати, угощайтесь, у меня вот конфеты остались. Попьете с чайком.
- Не надо Сережа. Сам покушай или детям отдай, - застеснялась Нино.
- Да есть у них дома еще. Берите!
Взяв конфету, женщина положила ее в карман и, по привычке смахивая тряпочкой со стола и подоконников пыль, запричитала:
- Что творится в городе! Опять раненых привезли. Трое сразу умерли. Один при смерти, мальчишка совсем еще. В живот попало… Так жалко. Он кричит все время. Морфий колют, но надолго не хватает.
Она зачем-то переставила с места на место горшки с цветами, теснящиеся на подоконнике, открыла и закрыла форточку, сгорбилась, повернувшись к окну, и Сергей понял, что сейчас она заплачет. Но она не заплакала, только вздрогнула плечами и продолжила:
- Наши ничего сделать не могут, говорят, умрет все равно. Мать его привезли. Так плачет, бедная! Я не могла рядом с ней стоять. Убежала. Что за жизнь страшная стала! Каждый день мальчики молодые умирают, каждый божий день….
Тетя Нино все-таки всхлипнула, не удержавшись, и сразу же стыдливо замолчала.
Сергей тоже молчал, не зная, что сказать.
Да, такое случалось каждый день. Десятки, сотни, тысячи смертей ни в чем неповинных людей. Кто-то добивается власти, а кто-то играет в войну. В казаков-разбойников. Понимая, что такое жизнь лишь тогда, когда ее теряет. Вот что принес за собой развал Советского Союза.
Нет больше державы! Рухнул Союз, рассыпавшись на части, а части бросились растаскивать на куски, кусочки, крошечки... И пошло, и поехало… Лес рубят – щепки летят? Только кто щепки? Здесь, в основном, грузины грузин убивают. В других республиках другие заварушки, другие сценарии. И везде, по большому счету – молчок! Только отрывочные сведения. Чтобы не шокировать благопристойное общество, не будоражить народ, не накалять страсти. Потому как если правду начать рассказывать – те, кто еще не передрался, тоже с катушек съедут!
Молчание начало тяготить, и Сергей попытался отвлечь женщину от грустных мыслей.
- А как там ваши дети в Коджори поживают? Там, наверное, тихо?
У тети Нино сразу потеплели глаза и она, вспомнив о детях, действительно, немного успокоилась.
- Слава богу, у них все пока хорошо. Там не стреляют. Кушать немножко есть. Запасы вовремя сделали. В деревне никто не воюет. Зачем соседу с соседом воевать? Из-за кого? Из-за Звиада? За Джабу? Кто лучше, кто хуже – откуда простой народ знает? Они все красиво говорят. В деревнях мужчины по домам сидят. Только у некоторых мальчики убежали в город, воевать. Одни за Звиада, другие против. Все зло - оно из города идет! Чего этим вождям вечно не хватает? Почему по-человечески между собой договориться не могут? До власти бы только дорваться! О людях почему никто не думает?
Сергей всегда удивлялся рассуждениям тети Нино. Простая деревенская женщина говорила логично, честно и здраво, что подчас было недоступно высокообразованным и увешанным всякими учёными титулами и званиями горе-политикам.
Сергей принялся успокаивать вновь разволновавшуюся женщину:
- Тетя Нино, не переживайте! Все будет хорошо. Скоро это безобразие кончится, и мы опять заживем как раньше!
- Скорей бы уж! Все люди давно устали. Эти только наверху никак власть не поделят… Нам-то с тобой, Сережа, ведь нечего делить, правда?
- Правда, тетя Нино! Я вас просто люблю, вы мой ангел-спаситель! Что бы я без вас делал? Умер бы с голоду! – совершенно серьезно сказал Сергей.
- Ладно, Сережа, не преувеличивай. Ты ведь то же самое делал бы для меня, если бы был на моем месте, правда?
- Правда, тетя Нино! Вы же и сами это знаете!
Помолчали.
- Эх, - вздохнула Нино, - пойду я. Поговорила с тобой и как-то полегче стало. Ты скажи, если тебе помочь чем-то надо. Продуктов могу из деревни привезти. Соседи поросенка недавно зарезали, с нами поделились. Я могу тебе половину от своего куска привезти. Лобио есть, кукуруза…
- Нет-нет, тетя Нино, спасибо. Не надо. Вам самой детей кормить нужно. А у меня пока есть еще дома запасы. Сухари, картошка, мука, консервы. На базаре чего-то прикупаю. Перебьемся. И вы тоже не стесняйтесь, если чем смогу помочь. Телевизор там починить, телефон или радио. Антенну поставить.
- Ничего пока не надо, Сережа. Пойду я. Мне еще четыре палаты убрать надо, два коридора…
Совсем недалеко, горохом рассыпались автоматные очереди, послышался звон бьющегося стекла, выкрики и вой моторов. Стрельба явно приближалась к больнице.
Нино и Сергей невольно посмотрели в окно. За невысоким парапетом с решеткой, отделяющим двор от проспекта Чавчавадзе, в слабом свете редких фонарей вдалеке ничего нельзя было разглядеть.
- Снова начали, сейчас опять раненых привезут. Пошла я, Сережа, – устало произнесла санитарка. Руки ее, покрасневшие от постоянной возни в холодной воде, судорожно мяли тряпку.
- Дзалиан диди мадлоп, калбатоно Нино (Спасибо большое, тетя Нино), Каргад икавэ (до свидания) – Сергей сказал это по-грузински, чтобы сделать ей приятное.
- Каргад икавэ, - улыбнулась Нино и заторопилась по своим делам.
Доступ к больнице был открыт в любое время дня и ночи. Охранников или сторожей во дворе и приемном отделении и раньше-то никогда не было, а теперь это были бы вакансии для смертников. Разгоряченные пролитой кровью боевики, привозившие своих раненых, не посчитались бы ни с какой охраной или ограничениями передвижения. Главный аргумент вместо документов всегда был наготове и назывался АК-47. Или, на худой конец, Макаров.
Сергей наскоро поел, помыл тарелку и собрался позвонить домой, когда под окном загрохотали близкие очереди. Со звоном разлетелось оконное стекло, и, недалеко от его головы, на стенке, взвились фонтанчики пыли, полетели куски штукатурки. В правое надбровье угодил острый осколок стекла, и глаз мгновенно залила кровь.
Сергей упал на пол, подполз к умывальнику, не поднимаясь, дотянулся до полотенца и, намочив, крепко прижал его к брови, пытаясь остановить кровь. Внизу, во дворе слышались крики, возбужденные голоса, выстрелы, удары пуль в стены, визгливые звуки рикошетов.
В дверь флигеля забарабанили кулаками.
Открывать Сергей не стал. Здесь сейчас вообще никого не должно быть. Сегодня воскресенье. Это просто он тут застрял, но кроме тети Нино об этом никто не знает. И даже если входные двери внизу сломают, у него есть возможность, воспользовавшись ключами от обычно запертого перехода, пройти в здание больницы. В дверь помолотили прикладами автоматов, но, не увидев никакой реакции, оставили вход в покое.
Между тем стрельба переместилась к заброшенной стройке в дальнем конце двора. С маленьким промежутком глухо прогремели два взрыва. Затем щелкнуло несколько сухих пистолетных выстрелов и все стихло. Через несколько минут стрельба возобновилась и явно начала удаляться в сторону от больницы, туда, где находились огромный мусорный бак и выход в овраг.
Сергею удалось остановить кровь, и он залепил порез на надбровье куском лейкопластыря. Из разбитого очередью окна сильно тянуло холодом. Выключив свет и стянув при свете фонарика клеенку с койки в одной из процедурных, Сергей прикрепил ее к деревянной раме, найденными в ящике своего стола канцелярскими кнопками и все тем же лейкопластырем. Все приходилось делать в темноте, чтобы не привлекать внимания с улицы.
Вдруг, ему послышалось, что снаружи донесся слабый стон. Осторожно приоткрыв окно в ординаторской, и выглянув наружу, Сергей никого внизу не увидел. Стон повторился. Тихонько приоткрыв еще одно окно, которое располагалось почти над входом во флигель и высунувшись по пояс, он внимательно оглядел двор, и опять никого не заметил. Прислушался. Стонали в кустах, прилепившихся к облезшей от времени и дождей стене.
Надо было что-то делать! Но что? Открыв двери и выйдя из флигеля, он запросто мог получить пулю от этого раненого или от тех, кто его ранил. И то, и другое не привлекало. В то же время бросить человека умирать на улице не по-людски. За помощью бежать долго, да и кого позовешь? Тетю Нино? Чтобы она точно так же рисковала? Несколько докторов и медсестер заняты с больными или на операциях. Окажутся ли в приемной здоровые мужчины, которые помогут перенести пострадавшего к дежурному врачу – неизвестно. Как неизвестно и то – не пристрелят ли они этого самого пострадавшего сразу, на месте, узнав в нем политического противника?
Вот черт! Но нельзя же вот так бросить человека без помощи! Какая разница за Звиада он или за Джабу! Он сейчас просто раненый!
Приняв решение, Сергей накинул поверх спортивных брюк и свитера белый халат, взял фонарик, из аптечки вытащил несколько рулонов бинта и, на всякий случай, интуитивно прихватил еще один белый халат для раненого. Зачем, и сам не понял – инстинкт сказал, что так надо и оставалось только послушаться.
Далекая стрельба постепенно стихла.
Осторожно спустившись по лестнице к входной двери, Сергей постоял с минуту, прислушиваясь к тишине снаружи, затем очень осторожно открыл замок и отодвинул в сторону тяжелую деревянную створку. У козырька над входом тускло горела слабая лампочка, освещая табличку на стене с названием отделения. Светила луна и из некоторых окон больницы лился наружу яркий электрический свет. Сильно пахло сгоревшим порохом.
Еле слышный звук донесся справа, из кустов. Быстро оглядев безлюдный двор, Сергей медленно вышел на свет, вжав голову в плечи и ежесекундно ожидая получить пулю из темноты. Он отдавал себе отчет, что в белом халате его прекрасно видно, и это может сработать как в плюс, так и в минус.
Преодолев страх и пригибаясь, он пошел к тому месту, откуда слышал стоны. В узком пространстве между стеной флигеля и стеной кустов виднелось что-то темное, напоминающее то ли брошенную одежду, то ли холмик разрытой земли – сразу не разберешь. Темное пятно. Зато в тусклом свете подсевшего фонарика ошибиться было трудно - на земле, в луже черной крови, лежал мужчина в камуфляже. В руке у него был пистолет с оставшимся в заднем положении затвором – отстреливался раненый до последнего патрона. Он был без сознания, при каждом вдохе в груди лежащего что-то хрипело, иногда он тихо стонал.
Осторожно высвободив из руки человека пистолет и отбросив его в сторону, Сергей быстро осмотрел раненого.
Это был совсем еще мальчишка, лет 16-17, со слабым пушком на перепачканном грязью лице, явно еще не знакомым с бритвой. Пуля попала ему в плечо, чуть ниже ключицы, и он потерял много крови. Размотав из рулонов бинты и соорудив из них нечто вроде большого тампона, Сергей разрезал перочинным ножом одежду, приложил быстро намокающий марлевый комок к ране, и примотал его к телу последним рулоном. Ненадолго сойдет! Затем, осторожно приподняв парня, кое-как накинул ему на плечи захваченный халат, и, забросив его здоровую руку себе на шею, медленно поволок обвисшее тело обратно к открытой двери.
Но добраться до порога он не успел. Из темноты послышался тяжелый топот. Со стороны оврага бежали вооруженные люди с автоматами, вероятно, те самые, которые стреляли во дворе.
- Стой на месте!
Кричали резко, зло, по-грузински. Вспотевшей спиной ощущая направленные на него стволы, Сергей остановился. Ставший вдруг невероятно тяжелым мальчишка норовил соскользнуть на пол. Его ноги в тертых «берцах» и заляпанных «камуфляжках» торчали из-под условно белого халата, как заячьи уши из-за грядки.
Через секунду, Сергея окружили возбужденные погоней, пахнущие порохом и потом мужчины в камуфляже без знаков различия. Это была еще одна примета времени – разобрать, кто скрывается под пятнистой робой: бандит, гражданский, военный - было решительно невозможно!
Крупный вспотевший мужчина с окровавленным ухом, и красным, как светофорная лампа лицом, накинулся на Сергея:
- Русский, да? Здесь работаешь? Доктор, да? Медбратишка? Стучали сюда, в эту дверь, почему не открывал?
- Да здесь никого и не было. Все было закрыто. Я только сейчас пришел из приемного, - как можно спокойнее и убедительнее ответил Сергей, чувствуя, что врать он так и не научился.
- А это кого ведешь? Здесь подобрал, да?
- Нет, это больному плохо стало, вывел на воздух подышать, а он тут отключился.
Краснорожий детина недоверчиво оглядел висящего на Сергее человека, подошел ближе и, увидев в тусклом свете лампочки кровь, проступившую сквозь накинутый белый халат, рассвирепел, от чего акцент усилился еще больше, а на одутловатом лице начал нехорошо дергаться глаз:
- Зачем врошь? – он так и сказал «врошь». - Это, наверное, тот самый набичвар (ублюдок), который в нас стрелял из-за угла. Совсем свежая повязка! Один здэсь где-то прятался, а второй туда убежал, - Мужчина махнул стволом автомата в сторону оврага, словно дубиной и потрогал окровавленное ухо.
- Эти звиадисты нас в засаде поджидали, как трусы. Стрелять только из-за угла умеют. Сандро убили, суки! А только мы из машины выскочили, сразу как зайцы в кусты. – Он с отвращением сплюнул. - Нэ мужчины, а бабы, билять!
Остальные бойцы, человек семь-восемь, тяжело дыша после погони, сгрудились вокруг и подозрительно разглядывали Сергея, как бы невзначай наставив на него автоматы.
- Если этот шакал еще живой, отправим его в ад! За Сандро! - неожиданно психанул здоровяк.
Передернув затвор автомата, он подошел вплотную к Сергею приглядеться, дышит ли еще несчастный. В это время мальчишка застонал и пустил изо рта длинную липкую нить розовой слюны. Мордатый выругался по-грузински, резким движением оттолкнул руку Сергея, и тело раненого безжизненным кулем свалилось у стены.
- Отойди, русский, - наставляя автомат на лежащего звиадиста, процедил сквозь зубы командир, - отойди на х.., это наши дела! Да?! Сами разберемся! Я сам его вилечу, иди, занимайся своими делами! Не было здесь тэбя! Понял, да?
Здоровяк попробовал отодвинуть Сергея в сторону стволом автомата. Стоящие за ним подчиненные замерли на местах, как готовые наброситься на овцу волки, но не вмешивались.
Сергей не отошел. Наоборот, он сделал шаг вперед и закрыл собой раненого мальчишку.
Казалось, воздух звенит от сгущающейся злобы. Еще мгновение – и стая бросится вперед, рыча и лязгая желтыми от никотина клыками, одержимая одним желанием: почувствовать солоноватый вкус чужой крови.
Подняв глаза, «медбратишка» встретил совершенно безумный взгляд выпученных, сливового цвета, глаз вожака, который перед своими людьми не мог показать слабость. А Сергей не мог отойти. Он чувствовал, что сейчас в его жизни наступает решающий момент, - если он отойдет и даст пристрелить беспомощного человека, то придется с этим жить всю оставшуюся жизнь. Жить с постыдно заледеневшей от страха спиной, под этим давящим, как бетонный блок, беспощадным взглядом, с ощущением липкой крови на подрагивающих от страха руках.
Он не сможет уйти, как бы жутко ему не было...
Молчание затянулось.
Старший попал в неудобное положение.
Неуступчивый русский оказался не в том месте и не в то время. Надо ему показать, кто здесь, на этой земле «гость», а кто «хозяин».
Здоровяк, наливаясь дурной кровью, чуть приподнял автомат и нажал на спуск. Очередь с грохотом прошла прямо над головой Сергея – брызнуло кирпичной крошкой и стая шарахнулась прочь, чтобы спустя миг обступить еще плотнее.
«Откуда этот русский вообще взялся? Пришили бы спокойно гада-звиадиста и уехали. Кто сейчас будет разбираться, кто кого замочил? Они нас – мы их! В городе полно случайных жертв, а тут эти сволочи из засады Сандро убили. Все видели. И этот, который теперь на земле валяется, конечно, один из них, иначе, откуда он здесь? Да еще явно только что раненый».
Но русский отступать не собирался. Он заложил руки за спину и стоял, как ни в чем не бывало, будто ждал на остановке автобус. Рука мордатого легла на спусковой крючок. Сергей не мог отвести взгляд от неожиданно тонких, как у пианиста, пальцев, с безобразно обгрызенными ногтями лежащих на черной автоматной стали. Губы пересохли, и, казалось, сейчас начнут лопаться, смачивая свежей кровью закостеневшую гортань. Как говорят в таких случаях: кто-то должен был умереть…
За спиной детины раздались нерешительные голоса:
- Джемал, пойдем, он и так сдохнет, слушай! Не надо тут шуметь. Все-таки больница… Он свое уже получил…
«Джемал, - автоматически отметил Сергей. – Ну, что ж, Джемал, будем знакомы, хоть не могу сказать, что мне приятно…»
Но мордатый рассвирепел и не думал отступать.
Сергей почувствовал, что ситуация «зависла» и что наступает момент, когда надо или склонить чашу весов на свою сторону или умереть и, к удивлению всех, заговорил на чистом грузинском:
- Батонебо (уважаемые), это раненый. Даже если он в чем-то виноват, его надо сначала вылечить. Потом разбираться. Может, вы ошиблись и это совсем не тот человек, о котором вы подумали. Кроме того, он еще совсем мальчишка, а вы все вашкацы (витязи), взрослые мужчины. Не годится взрослым мужчинам убивать детей. Неправильно это. Я тоже, как мужчина, не могу отойти. Если хотите его убить, стреляйте сначала в меня, чтобы я такого позора не видел, и никому про вас потом не смог рассказать. Как несколько мужчин с автоматами убили одного мальчика без сознания прямо на пороге больницы. А я всем расскажу, и ваши лица запомню, клянусь своими детьми!
Эмоциональная речь на грузинском прозвучала настолько неожиданно от русского «медбратишки», что в воздухе вместо сгустившейся враждебности повисли изумление и растерянность. Стая загудела, как пчелиный улей – послышалось покашливание, а потом кто-то сказал «Вах!». Джемал оскалился и перехватил оружие поудобнее: теперь оно смотрело Сергею точно в живот. Инициатива ускользала из его рук, и инстинкты подсказывали мордатому, что надо что-то делать. Но что? Стрелять или продолжать разговор – он еще не решил.
- Мальчишка говоришь? Бичи, да? – предводитель обошел Сергея, словно тот был не человек, а столб, и, наклонившись, вгляделся в перемазанное грязью и кровью лицо лежащего.
Внезапно растерянно ахнул, уронил автомат, и, упав на колени, прижал голову раненого к себе.
- Чемо бичи, вай ме! Амис дедаватери! Старый я, тупой баран! – завыл он словно зверь, запрокидывая крупную, лохматую голову. И, закрыв глаза, закричал, разрывая горло:
- Сынок!
Джемал медленно покачивался, баюкал неподвижное тело, а его отряд от растерянности, даже опустил стволы к земле. Спустя минуту, двое бойцов, осторожно отняв у командира тело еще живого сына, почти бегом понесли его через флигель коридорами к приемному отделению.
Найденного в дежурке врача подталкивали к приемному покою стволами автоматов. Потом старенький, до полусмерти испуганный доктор, хлопал красными от постоянного недосыпания веками и пачкал ладони в крови.
- Ты его должен спасти, понял? Все сделай, только, чтобы он жил, понял? Если не выживет, тебя тут же пристрелим, понял? – бессмысленно запугивал доктора незадачливый отец. Глаза у Джемала были полны слез, но он просто не умел уговаривать по-другому. На каждое «понял» доктор кивал седенькой головой и испуганно озирался.
Подбежали медсестры и на тележке увезли белое, как бумага, тело раздетого мальчишки готовить к операции.
Джемал увязался за ними.
Сергей, коротко переговорив с перепуганным врачом, подошел к бойцам, которые уселись в коридоре на скамейках, неловко придерживая автоматы.
Этот мир стерильной чистоты и белизны вокруг, был другим, не таким, каким они привыкли видеть его на улицах или сквозь прорезь прицела оружия. Здесь все наводило на мысли о краткости и хрупкости человеческой жизни, и это была не их территория… Сюда каждый из них в любой момент мог попасть совсем в ином качестве. Оружие здесь казалось не к месту и «вашкацы» явно чувствовали себя не в своей тарелке.
Сергей обратился к ним опять по-грузински:
- Я поговорил с врачом, он думает, что все обойдется. Пугать его только не надо, а то у него и так руки трясутся, как бы нечаянно хуже чего не сделал. Врач хороший. Его зовут Леван. Он будет делать операцию. Дай бог, чтобы все хорошо кончилось. И сочувствую вам за Сандро. Я его не знал, но, наверное, хороший человек был. Пусть земля ему пухом будет!
Испуганная стая вдруг стала тем, чем была на самом деле: молодыми, заросшими по самые глаза неопрятными бородами, парнями, едва перевалившими за двадцать лет. Мальчишками, на самом деле. Чуть постарше того, безбородого, на чьем лице сейчас крепил маску сонный анестезиолог.
- Спасибо, брат! Меня зовут Малхаз. – сказал один из них, коренастый, похожий на медведя, вставая и протягивая опешившему Сергею руку для пожатия.
- Ты хороший человек. Если что понадобится, я твой должник. Мы еще встретимся. Как тебя зовут?
- Сергей, - сказал Сергей. И повторил, уже пожимая следующую руку:
- Меня зовут Сергей…
Он повторял это еще много раз, не запоминая имен тех, кто знакомился с ним, обнимал, похлопывая его по плечам. Стая стала людьми, но что помешает им снова стать стаей?
В коридоре его догнал Джемал.
Он дышал тяжело, и видно было, что держался на пределе. Командир был гораздо старше остальных. На глаз, лет сорока пяти.
Он потоптался на месте, не зная, что сказать или, может быть, не находя подходящих слов, Потом, неожиданно, неловко обнял Сергея и, скрывая слезы заговорил ему в плечо торопливо, мешая русские и грузинские слова:
- Мадлоп, дзмао (спасибо, друг)! Спасибо, что не отступил! Ты мне теперь, правда, как брат! Что бы ни случилось… Не могу подумать! Своими руками чуть сына не убил…
Сергей молчал, чувствуя, как дрожат в коленях ноги, и вспоминал плюющийся пламенем ствол, зависший в нескольких сантиметрах от лица, брызжущую во все стороны жесткую кирпичную крошку, и бешеные «сливовые» глаза, прожигающие его насквозь. Ничего не хотелось. Хотелось пить. Воды, а еще лучше водки. Или спирта, чтобы внутри отпустило и перестало холодить грудь слева… Чтобы проглотить пережитый страх, утопить в хмеле и забыть и этого человека, обнимавшего его, и звон гильз о бетон, и кислый запах застарелого пота, которым пропахла куртка Джемала.
Он стоял, бессильно опустив руки, а сам, помимо воли, говорил, и слова, слетавшие с его пересохших губ, были словами утешения.
- Все будет нормально, - говорил он, не слыша собственного голоса. – Все будет нормально. Все будет…
Автор
 

Сообщение Сергей Соболев Февраль 5th, 2006, 6:21 pm

Комментарий от Сергея Соболева

Автор затронул не самую простую тему, показывая человека, попавшего в хаос гражданской войны, в самую гущу кровавых беспорядков. Мы видим происходящее большей частью глазами Сергея, через ощущения и эмоции этого человека, удачно названного "братом". Но присутсвует и авторская позиция, авторский голос; все акценты здесь расставлены точно, все выверено, ни одной фальшивой ноты, все идет от знания жизни и той обстановки, которая нашла свое отображение в рассказе. Тот самый случай, когда, читая текст, понимаешь, что автор знает своей "предмет", что он если и не был сам очевидцем описываемых событий, то наверняка знаком с очевидцами. Что он видел Тбилиси не только по ТВ, но и - складывается такое впечатление - хорошо знает и этот город и менталитет живущих в нем людей. Некоторые фразы и мысли кажутся простыми, из них почти намеренно убрана "художественность". Но зато за ними стоит жизненная правда.
"Грабежи и убийства в городе стали обычным явлением".
"Странные времена пришли в Тбилиси. Вроде бы еще не война, но уж точно не мирное время. Повсюду неорганизованно шлялись вооруженные люди..."
"Бандиты и воры в политику только играли... убивали просто так, удовольствия ради".
Вот это очень точно сформулированно. Самое страшное в такого рода событиях, это, собственно, немотивированное насилие. Все тормоза отпущены, законы попраны, все моральные и религиозные каноны и нормы отброшены, как ненужный хлам. Злоба и кровь туманят рассудок, все кажется дозволенным. Одни люди в таких условиях, когда на какое-то время воцаряется хаос и бал правят лжепророки и мародеры, теряют человеческое обличье, превращаясь в зверье. Не зря ведь такие войны и распри принято называть - "братоубийственными". Другие, наоборот - как в нашем случае - проявляют свои лучшие качества. Хотя внутренний голос и подсказывал Сергею, что лучше "не высовываться", спрятаться, переждать волну насилия, накатившую на район, где расположена больница, сработало другое, то, что было вложено в него за 36 лет жизни (и самим, и близкими людьми). Сработало, заглушив даже мощный инстинкт самосохранения, заложенный от природы в каждого из нас.
Эпизод, в котором изображено, как главарь, находящийся в состоянии боевого ража, экзальтации, аффекта, пытается застрелить парнишку, который - на самом деле - никто иной, как его родной сын - написан сильно, подан как контрапункт всего повествования, как еще одно доказательства того, насколько отвратительна, бессмысленна и опасна гражданская война...
Одно только небольшое замечание. Вместо "он заложил руки за спину и стоял, как ни в чем не бывало", я бы предложил - чтобы сбить возникшую вдруг пафосную нотку - написать иначе. Человек ведь не из камня, на самом деле никто не хочет умирать. Ему - страшно. Поэтому - не "заложил" руки за спину, а с п р я т а л трясущиеся руки, не зная куда их девать...
Сильный текст. Гмадлобт, батоно Автор.
Последний раз редактировалось Сергей Соболев Февраль 5th, 2006, 9:53 pm, всего редактировалось 1 раз.
Сергей Соболев
 
Сообщения: 137
Зарегистрирован: Апрель 3rd, 2005, 2:20 pm

Сообщение IDE Февраль 5th, 2006, 7:56 pm

Первый и пока единственный из конкурсных рассказов, который я хочу перечитать, закрыть глаза и представить себе в красках, пережить. И благодаря авторскому мастерству могу это сделать!
Запоминается все - атмосфера, образы, эмоции, рассуждения, яркие картинки...
Автор с блеском выпутался из сложной ситуации - написать мирный и человеческий рассказ о самой настоящей войне, без экзальтации, слез, соплей и нравоучений (почти :wink: )
БРАВО!
Cheers
IDE
Аватара пользователя
IDE
 
Сообщения: 381
Зарегистрирован: Сентябрь 22nd, 2005, 1:16 pm
Откуда: Город, где покоится Жюль Верн

Сообщение Bлад Силин Февраль 6th, 2006, 11:17 am

Непростой рассказ. О выборе, который иногда приходится делать. Делать, чтобы остаться человеком, даже когда все кругом превратились в зверей.
Никаких претензий у меня не возникло, но есть одно замечание. Сценка в которой Сергей стоит под дулами автоматов, защищая раненого, несколько затянута. Где-то что-то её утяжеляет. В остальном – отличный рассказ.
Bлад Силин
 

Сообщение Наташа Февраль 6th, 2006, 1:54 pm

Рассказ очень хороший. Впечатляет.
Единственное, что не очень понравилось, это его политизированность. Излишняя, я бы сказала. Если человек в курсе событий, то он легко вопринимает текст, если нет, то легко запутывается. Вашего рассказа хватило бы на целый роман. И тогда читать его было бы проще. Здесь же та информация, которую вы даёте, просто не сразу укладывается в голове. Так и хочется переспросить: виноват, кто на ком стоял? (с)
Может быть, это моё индивидуальное восприятие текста. Я человек вне политики. Меня больше интересует литературность и подача автором информации. Описать гражданскую войну, причём попытаться объяснить, кто против кого и почему, в одном маленьком рассказе - дело неблагодарное. Лично я, простите Автор, с удовольствием пропустила эти объяснения по развалу Союза, Звиаду и Джаба. Они мне всё равно ничего не дали. К тому же они не слишком конкретны и очень субъективны. Чем-то напомнило газетную статью в жёлтой прессе.
Перейдя же к действию, мне снова стало интересно. Потому что герои у вас удались на славу. Хоть и был момент, когда мне показалось, что действие затянулось. А первое удивление отца, что он чуть не убил собсвенного сына, меня просто шокировало. Как так? Неужели не узнал? Ведь даже рану рассматривал! Ну, может быть... Хотя я своего сына узнаю даже в костюме деда Мороза. Почувствую. Понимаете?
Впрочем, вам удалось меня убедить, что действительно чуть не случилось непоправимое. Я вам поверила :)
Ещё один воспитательный момент.
Вы пишете:
Наверное, поэтому, женская, - большая часть отделения находила своего старшего инженера очень симпатичным и похожим на киноартиста Олега Янковского, на которого он, вообще-то, мало походил.
Вот так-так! При чём тут Янковский? У вас же художественный текст, а не развлекательная заметка. Ассоциации не возникло, хоть Янковского и люблю. Наоборот, вдруг на поверхность вылез непрофессионализм. Дёшево звучит. Если вы хотели, чтобы ваш герой выглядел как О.Я., так опишите его таким! Ведь это не так уж и трудно. А вот школьник послеследующего поколения, читающй ваш рассказ, мало чего поймёт и о войне и о внешности ГГ. Сами понимаете, почему.
А в общем и целом рассказ трогает. Спасибо.
Хотя чуть-чуть подчистить бы не мешало. Штампики встречаются "обзавёлся семьёй", "числился инженером", "являлся главным консультантом" - прямо доклад о новом сотруднике на столе менеджера по персоналу. Хотелось бы политературнее. Не так казённо.
Желаю вам удачи и победы!
Сгораю от нетерпения узнать имя автора.
Наташа
 
Сообщения: 332
Зарегистрирован: Декабрь 9th, 2004, 10:44 pm

Сообщение просто мария Февраль 6th, 2006, 2:55 pm

Наташа написала именно о том, о чем хотела сказать и я - в начале слишком много "политики". Вступление получилось затянутым и немного снижает впечатление от рассказа - а вообще впечатление сильное. На мой взгляд, если бы не этот недостаток, это был бы один из самых лучших рассказов на конкурсе и явный претендент на победу.
А о личности автора догадаться нетрудно...
Аватара пользователя
просто мария
Автор Экслибриса - 10 книг/Почетный гражданин форума / Модератор
 
Сообщения: 6328
Зарегистрирован: Апрель 12th, 2005, 5:56 pm

Сообщение Терпсихора Февраль 6th, 2006, 4:51 pm

Не захватило, не понравилось, не дочитала. Стиль тяжелый, скрипучий, сухой. Некоторые слова, словно пеньки на дороге.
Пыталась найти достоинства в тексте (уверена, они есть) - не нашла, т.к. для этого прочитать надо, а не читается.
Терпсихора
Автор Экслибриса/3 книги
 
Сообщения: 201
Зарегистрирован: Апрель 1st, 2005, 10:53 pm
Откуда: .ru

Сообщение Наташа Февраль 6th, 2006, 5:10 pm

Esenia, написано тяжело. Это правда. Но у некоторых конкурсантов ещё сложнее.
Наташа
 
Сообщения: 332
Зарегистрирован: Декабрь 9th, 2004, 10:44 pm

Сообщение Терпсихора Февраль 6th, 2006, 5:18 pm

Согласна, этот текст не единственный в своем роде. Но наличие других тяжелых его не оправдывает.
Терпсихора
Автор Экслибриса/3 книги
 
Сообщения: 201
Зарегистрирован: Апрель 1st, 2005, 10:53 pm
Откуда: .ru

Сообщение Конрад Февраль 6th, 2006, 8:19 pm

Несомненно - один из самых сильных рассказов на конкурсе. Автору мои поздравления! (Как я понимаю, ожидать легкости при описании жизненных и трагических событий - дело безнадежное – поэтому я лично (как читатель) претензии по тяжести текста отверг (с негодованием! – это же не описание путешествия двух гоблинов из одной комнаты в другую).
Здесь описана человеческая драма. Описана замечательно. У меня возник эффект присутствия, да такой, словно я сам стоял рядом с Сергеем.
Тенические шероховатости есть – что и не мудрено. Всего за 10 дней прорисовать такой серьезный конфликт.
Политические страсти введены в рассказ не случайно. Время всегда показывает, кто был истинно духовным лидером нации, а кто мразью, выгодно использовавшей извечную тягу к свободе. Людям потом должно быть стыдно, что они поддались на призывы проходимцев и подняли оружие на своих братьев.
Успехов! Конрад.
нет повода огорчаться.
Аватара пользователя
Конрад
 
Сообщения: 103
Зарегистрирован: Январь 14th, 2006, 11:17 pm

Сообщение kapush Февраль 7th, 2006, 12:43 pm

Слишком сложная тема, чтобы раскрывать ее таким ограниченным набором художественных инструментов.
Фраза "Простая деревенская женщина говорила логично, честно и здраво, что подчас было недоступно высокообразованным и увешанным всякими учёными титулами и званиями горе-политикам" сразила меня наповал. Простите.
Согласен ли читатель пробираться сквозь такие словесные дебри, чтобы воспринять замысел автора? Почитайте "Белую гвардию". Там тоже о гражданской войне - но какой легкий и читабельный текст!
Аватара пользователя
kapush
Модератор
 
Сообщения: 1039
Зарегистрирован: Август 2nd, 2004, 12:01 pm

Сообщение Blackfighter Февраль 13th, 2006, 2:31 pm

итак. первое впечатление - полное восхищение. один из самых сильных и ярких рассказов. однако ж, отвлекаясь от эмоций, берусь за скальпель анализа, и результаты его не слишком утешительны для автора.
1. рассказ состоит из трех частей. точнее, из трех довольно разных стилистически кусков. а) фактически, журналистское эссе о политической обстановке в Тбилиси б) не слишком умелое морализаторство, поданное через глас народа - тетю Нино в) психология + action - собственно, лучшее, что есть в рассказе.
все эти три компонента не слишком хорошо складываются в единое блюдо. эссе хорошо само по себе, но оно мало совместимо с тем, что начинается в последней трети. я лично гречневую кашу с красным перцем не ем. :) морализаторство - самый слабый момент, и не только потому, что перегружает текст (у Вас, Автор, получается мораль в квадрате и кубе - то, что Вы показываете описательно как в эссе, Вы умножаете на оценки Нино и получается перебор), но и потому, что по всему этому большой синей печатью проставлена АВТОРСКАЯ ПОЗИЦИЯ. вот такими буквами. и такие вот ее подчеркивания - "Сергей всегда удивлялся рассуждениям тети Нино. Простая деревенская женщина говорила логично, честно и здраво, что подчас было недоступно высокообразованным и увешанным всякими учёными титулами и званиями горе-политикам. " - кажутся не слишком уж уместными. все уже ясно из описания времени и места действия - зачем же еще молотком гвозди заколачивать в голову читателя? попробуйте отстраниться, давать реплики Нино без подчеркивания, без авторской оценки. и так уже все ясно, какие все нехорошие. не тащите читателя за шкирку в сторону нужных Вам выводов - он чисто инстинктивно начнет упираться, если так давить будете.
показывайте, а не рассказывайте, понимаете?
я никоим образом не против политики - это нужно, это актуально, мы не должны забывать историю 10-15летней давности и делать вид, что ее не было. но нельзя стоять на позиции агитатора - "вот тут правда, вот тут зло, думайте таким макаром!". те, у кого думалки работают, как раз на это реагируют очень негативно. :roll:
а вот концовка просто великолепна. и ситуация показана во всей красе, и выбор героя, и эмоции всех участников - все блестяще. прицепиться не к чему и не хочется. Автор, вот это - Ваше сильное место. не рассуждения и не эссеистика - демонстрация всего через глаза участников, через их чувства, мысли, действия.
попробуйте сократить эпизод с Нино, попробуйте сделать его таким же, как концовку. попробуйте разбавить первую треть, сделать ее более наглядной - пошел, увидел бандита - абзац пояснений. привезли раненого - еще какие-то пейзажные зарисовки. и побольше Сергея в начале, и поменьше того, что никогда не выстрелит в рассказе - его характеристик, слегка напоминающих резюме, пассаж про Янковского вообще лишний. то есть, у Вас лучше всего получается показывать через действие+чувства - так и пользуйтесь же :)
а рассказ при минимальной доработке превращается в конфетку и хит....
Бессонная ночь над белым листом,
Как бездна между мостом и крестом... (с) Элхэ Ниэннах
Аватара пользователя
Blackfighter
Автор Экслибриса/1 книга
 
Сообщения: 712
Зарегистрирован: Июль 14th, 2005, 11:29 am
Откуда: Лыткарино, МО

Сообщение IRA Февраль 15th, 2006, 6:50 pm

Я тут человек незаинтересованный, так что выскажусь объективно.
Рассказ неплох, но собственного стиля у автора пока нет. Начинаешь читать и бросашь, потом возвращаешься, потому что все хвалят, и опять бросаешь. Кто любит политику и острые ощущения - будет интересно. Мне стало лучше в конце, когда события определились. До этого же продиралась сквозь горы слов и фраз, не понимая, к чему всё это??
Такое впечатление, что автор взялся за писание не так уже давно. набрал определённую высоту и сотворил неплохой рассказ. Однако не хватает природного мастерста. Не чувствуете, где фальшиво звучит текст.
Многим служащим под Новый Год не повезло основательно. Застряв в разных районах города, они уже не имели возможности вернуться домой и превратились в настоящих «кавказских пленников»»
основательно
не имели возможности
Могу себе представить, что так именно автор и говорит. И чувствует. Не хватает эмпатии. А здесь без чутья никак.
Впрочем, рассказ хвалят. Значит есть за что.
Может, это я не врубаюсь :)
IRA
 

Сообщение Акулина Февраль 17th, 2006, 7:55 pm

Меня сразу же следует отнести к поклонницам этого рассказа, поэтому я не смогу написать что-то критическое по поводу того, затянуто описание или нет, есть мораль, или отсутствует. Я просто не вижу этих недостатков, а критики, которые профессионально занимаются литературой грамотно и доказательно, со своей стороны, уже давно это сделали.
Пока читала рассказ и видела картины, которые возникали передо мной по теме рассказа, как-то получилось так, как бы параллельно, увиделось из другого времени, относящегося к 1917 году. Картины, из рассказа моей бабушки, которой в ту пору было 17 лет, работала она в военном госпитале в Москве. Когда начались беспорядки на улицах Москвы, вооруженные столкновения, в госпиталь, где она работала, привозили раненых солдат, офицеров (как бабушка говорила, Красной и Белой) армии, кадетов. Был приказ (военных): «Белых» не лечить . Медики лечили всех: и белых и красных. И тогда… Стали устраивать «рейды». Красный офицер с наганом в руке, подходил к каждой койке, сдергивал одеяло и пристреливал раненого, который был не красноармеец.
- Бабушка, как он догадался, что раненый – из царской армии?
- Детка, у них было нижнее белье из тонкой материи.
Врача, который не выполнил приказ, должны были расстрелять, тоже. Тогда, кто-то из медсестер сказал: « Кто же будет делать операции Вашим раненым красноармейцам?».
Его не расстреляли. Раненых «белых» стали раздевали до нага, и надевать на них нижнее белье из грубой материи, как у красноармейцев (где они его брали, я не помню).
Вот еще, о чем я думаю: Когда сын Джемала поправится, и отец, возможно, спросит его, как он оказался там, около больницы…. Неужели они оказались «по разную сторону баррикад?»

Кое-что по тексту:

«Худенькая подвижная женщина лет чуть более сорока, невысокого роста, с паутинками ранних морщин на узком лице и теплыми карими глазами, была всегда в хорошем настроении, несмотря на явно нелегкую жизнь и уже заметный отблеск серебра в волосах
«..заметный отблеск серебра в волосах.» - говорит о возрасте или тяжелой жизни. В Вашем тексте, получается, что это относится к «всегда в хорошем настроении».

С пожеланием творческих успехов.
Если нет дерева, то не прилетит золотой феникс...
Аватара пользователя
Акулина
 
Сообщения: 180
Зарегистрирован: Декабрь 29th, 2005, 2:18 am
Откуда: Москва

Сообщение Ольга Тарасевич Февраль 18th, 2006, 3:31 am

Браво автору за серьезную тему. Теряюсь в догадках насчет вашего пола. Наверное, все-таки женщина - эмоции проскакивают, и за все хочется схватиться, но не везде удается четко сформулировать мысль. Мне кажется, рассказу не хватает некой логичности. Понятно, что все хочется - и атмосферу передать, и героев обрисовать, и общий контекст очертить. Но когда пишешь на такие темы - я думаю - особенно важно быть последовательным. Вам это удавалось не всегда.

И язык в некоторых местах, на мой взгляд, оставляет желать лучшего.


Некоторые, ничего не поделаешь, умирали… И после них тоже кое-что оставалось.

Тут волей не волей рисуются картины каннибализма:)

И вот опять-таки - тема серьзная, не должно быть таких неточнсотей.

Есть динамизм, возникает чувство сопереживания.
Минусы - отсутсвие порой логики и отдельные редкие но все же встречающиеся неточности.

Хорошо, что вы подняли эту тему. Возможно, рассказу надо было дать немного "вылежаться":)
Ольга Тарасевич
Автор Экслибриса//6 книг//ЗВЕЗДА'08
 
Сообщения: 491
Зарегистрирован: Февраль 10th, 2005, 10:51 pm
Откуда: Минск

Сообщение Мангуст Февраль 18th, 2006, 4:01 am

Что понравилось, так это вставки грузинской речи.
Очень органично и стильно получилось.


Сергею шел тридцать шестой год. Он уже успел обзавестись семьей и двумя детьми, мальчиком и девочкой, двенадцати и семи лет, но зато не успел отяжелеть, облысеть, отрастить животик и приобрести дурной характер…. ----- непонятное противопоставление.
Создал семью, но зато не облысел и не озлобился.
Подозреваю,что всё относится к возрасту, но тоже несерьёзно.
Аватара пользователя
Мангуст
 
Сообщения: 930
Зарегистрирован: Июль 4th, 2005, 9:42 am

Сообщение Ян Валетов Февраль 18th, 2006, 12:45 pm

Мангуст,
…Сергею шел тридцать шестой год. Он уже успел обзавестись семьей и двумя детьми, мальчиком и девочкой, двенадцати и семи лет, но зато не успел отяжелеть, облысеть, отрастить животик и приобрести дурной характер…. ----- непонятное противопоставление.
Создал семью, но зато не облысел и не озлобился.
Подозреваю,что всё относится к возрасту, но тоже несерьёзно.


А сколько Вам лет, Мангуст? :D
Каждый пишет, как он слышит, как он дышит, так и пишет.
Аватара пользователя
Ян Валетов
Автор Экслибриса//8 книг// "Стабильность"08"
 
Сообщения: 894
Зарегистрирован: Август 4th, 2004, 8:12 pm
Откуда: Украина

Сообщение Мангуст Февраль 18th, 2006, 3:47 pm

Борис Битнер писал(а):Мангуст,
А сколько Вам лет, Мангуст? :D



Я могу и соврать.
Но если понимание этого предложения зависит от возраста и быть может даже от семейного положения, стоит пофантазировать.
Я предлагаю, рассмотреть два варианта ответа на вопрос о возрасте.
Мне двадцать лет.
И мне сорок лет.
:P
Аватара пользователя
Мангуст
 
Сообщения: 930
Зарегистрирован: Июль 4th, 2005, 9:42 am

Сообщение Ян Валетов Февраль 18th, 2006, 3:56 pm

Если 20 - вопросы снимаются. Если 40 - становятся ребром! :shock:
Каждый пишет, как он слышит, как он дышит, так и пишет.
Аватара пользователя
Ян Валетов
Автор Экслибриса//8 книг// "Стабильность"08"
 
Сообщения: 894
Зарегистрирован: Август 4th, 2004, 8:12 pm
Откуда: Украина

Сообщение Мангуст Февраль 18th, 2006, 4:08 pm

Я, так понимаю, семейная жизнь очень утомляет.
Но, иногда, правда довольно редко, бывает и наоборот.
А ребром вопрос лучше не ставить, а то читатель обидится.
:lol:
Аватара пользователя
Мангуст
 
Сообщения: 930
Зарегистрирован: Июль 4th, 2005, 9:42 am

Сообщение Ян Валетов Февраль 18th, 2006, 4:52 pm

Речь не об усталости от семейной жизни. Речь о том, что жизнь нас меняет. И с годами мы приобретаем все то, чему Вы удивились в тексте Автора. Вот и все. Только в 20 - это еще не понятно. :wink:
Последний раз редактировалось Ян Валетов Февраль 18th, 2006, 7:15 pm, всего редактировалось 2 раз(а).
Каждый пишет, как он слышит, как он дышит, так и пишет.
Аватара пользователя
Ян Валетов
Автор Экслибриса//8 книг// "Стабильность"08"
 
Сообщения: 894
Зарегистрирован: Август 4th, 2004, 8:12 pm
Откуда: Украина

Сообщение Мангуст Февраль 18th, 2006, 5:04 pm

В общем разобрались.
Рассказ не для школьной программы.
:wink:
Аватара пользователя
Мангуст
 
Сообщения: 930
Зарегистрирован: Июль 4th, 2005, 9:42 am

Сообщение Мария Брикер Февраль 20th, 2006, 3:30 am

Прочитала рассказ два раза с большим удовольствием.
Очень хороший рассказ, сильный, яркий.
Спасибо Вам.
И удачи!
Мария Брикер
Автор Экслибриса//8 книг//ЗВЕЗДА'08
 
Сообщения: 746
Зарегистрирован: Декабрь 3rd, 2004, 11:51 pm

Сообщение Амрит Февраль 21st, 2006, 9:12 am

Атос, у меня мелькала мысль, что рассказ ваш, но я ее отвергла. За год вы здорово вырасли. Искренность, честность, народность языка и тем всегда в вашем творчестве чувствовались, но здесь помимо добротности есть искра, эмоции, проблема. В общем, здорово...
Изображение
Аватара пользователя
Амрит
Автор 06/07, Серебряная сказка, 6 книг
 
Сообщения: 1830
Зарегистрирован: Ноябрь 24th, 2004, 3:44 pm
Откуда: г. Калининград
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Сообщение Атос Февраль 21st, 2006, 11:25 am

Спасибо, Амрит!
Не скрою, мне очень приятно получить от Вас такой отзыв. Прекрасно понимаю, что я всего лишь любитель, который корябает что-то для собственного удовольствия в редкие свободные часы. Да и старый я уже, здоровье частенько барахлит. Но вот ради таких откликов стоит поднапрячься и почувствовать, что еще на что-то способен, чего-то можешь, кому-то нравится результат твоего труда.
И еще можешь куда-то расти :D
Вас поздравляю с заслуженным первым местом и надеюсь, что Вы еще много-много раз будете радовать и восхищать нас своими новыми произведениями! Удачи! :lol:
Мушкетёр
Атос
 
Сообщения: 515
Зарегистрирован: Июль 30th, 2004, 3:31 am
Откуда: Белгород

След.

Вернуться в "Золотое перо-2006"

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2