Объявления

Изображение

А если это маньяк?

А если это маньяк?

Сообщение Doctor Lloyd Октябрь 12th, 2007, 10:28 am

«Я некрасивая» - эта неновая мысль посетила меня и в электричке, где я устроилась у окна, с детективом, дабы скоротать за необременительным для ума чтением дорогу. Из детектива выпал паспорт. С фотографии на меня смотрела лопоухая жаба с рыжей всклокоченной челкой и выпученными глазами. Я закрыла паспорт и сунула его обратно между книжных страниц.
Ехать мне предстояло час. Тот утомительный час, когда железная электричка-гусеница тащится по подмосковным полям, время от времени ныряя в тенистый лес, и каждые 7 минут замирает, выпустив горячий пар. Бабки с узлами, дядьки с граблями, молодые тетки в черных очках, с плетеными прямоугольными сумками, сварливые мамаши, готовые покусать каждого, кто неласково посмотрит на их чадо и, при этом, сами пинающие этих чад почем зря, - все они сердито поругиваясь, торопливо выныривали из железного чрева на битую платформу, наступая друг другу на пятки и горячо дыша в затылки. И уже через минуту электричка вздрагивала, тяжело вздыхала и, хлопая дверьми, отправлялась дальше в путь, между темных от выгоревшей травы, плюшевых холмов.
В подмосковном городе Воскресенске мне предстояло все выходные отдавать дочерний долг. По мнению моей мамы, он состоит в том, что надо помогать на даче.
Рядом со мной на лавку села очень полная молодая женщина в черном сарафане, шумно выдохнула и стала копаться в дерматиновой сумке. От ее сдобного плеча, усыпанного родинками, как пирог изюмом, шел потный человеческий жар.
Напротив молодой человек лет двадцати пяти, добродушно щурясь на солнце, замер, обняв шуршащий пакет с нехитрым скарбом. На пакете было написано «Магазин «Додик», сквозь мутный полиэтилен проступили острыми углами книжки. Скорее всего, учебники. Студент.
Электричка тронулась, к парню села старуха в шерстяном платке. Воровато огляделась, полезла себе за пазуху и извлекла из самого надежного, с ее точки зрения, места серый носовой платок. Бережно развернула и пересчитала деньги. Получилось рублей 150, не больше. Старуха сердито глянула на юношу, и спрятала деньги обратно, в грудь.
Я открыла книгу и ушла в сюжет, где было интересней, чем в подмосковной электричке, потому что там свистели пули, а бравый капитан полиции, бабник и балагур, зажав в зубах пистолет, лез по пожарной лестнице вверх, чтобы проникнуть в квартиру преступника и застать его врасплох. Однако преступник был не дурак, и застать его врасплох было не так просто, - он ушел через черный ход, написав на стене грубое французское слово в адрес столичной полиции.
Когда лучшая проститутка Парижа сбросила бюстгальтер перед развалившимся на широком диване капитаном, электричка резко затормозила и остановилась. Старуху дернуло вперед, и она уткнулась носом в дерматиновую сумку полной дамы. Впереди заругались мужики, и заверещал ребенок. Я выглянула в окно. Мы стояли посреди чистого поля, в приоткрытое окно несло дымом. Горели торфяники.
Минут пять электричка стояла тихо, только слышался недовольный ропот разбуженных пассажиров. Потом из металлической коробки над дверью раздался трескучий голос машиниста:
- Граждане, сохраняйте спокойствие.
Граждане немедленно заволновались. Полная тетка вскочила, направилась было к выходу, затем вернулась и плюхнулась на свое место. Лицо ее пошло красными пятнами, похожими на географическую карту, на носу выступили крупные капли пота.
- Что случилось? – закричала старуха, прижимая руку к груди.
- Не выходите из вагонов! – донесся сердитый голос машиниста. – О причине задержки сообщим дополнительно.
Парень напротив, потер ладонью нос, выглянул в окно и присвистнул.
- Дым-то какой, - сказал он, кивнув на серое облако, медленно и величаво поднимающееся из-за леса.
- Да, - улыбнулась я.
Парень был симпатичный, чем-то похожий на актера Олега Стриженова, но гораздо моложе и белобрысей.
- Мне станет плохо, мне сейчас станет плохо, - заголосила старуха, вскакивая с лавки.
Мы с белобрысым студентом переглянулись. Не иначе, старуха шантажирует, требует внимания. Парень вынул из пакета банку с колой и начал ее открывать. Банка крякнула, зашипела как змея, и брызнула сладкими химическими слезами. Толстая тетка заругалась, и стала стряхивать капли с дерматиновой сумки, резко и сердито тряся толстыми руками.
Между тем старуха пошатнулась, глотнула ртом воздуха и медленно осела на лавку, смешно закатив глаза.
Мы со студентом тревожно переглянулись.
- Бабуль… - позвала я.
Старуха захрипела. Тетка с сумкой вскочила и с криком «я боюсь покойников», сиганула к двери. Парень наклонился к старухе и потряс ее за плечо.
Та не реагировала. Я не на шутку испугалась: сердце запрыгало в груди, ноги вдруг похолодели и стали тяжелыми.
- Может в вагоне есть врач? – растеряно спросила я у юноши, - может, спросить?
Парень сдвинул брови, наморщил лоб, затем взял банку с колой и плеснул содержимым в лицо старухи. Если бы он брызнул в нее соляной кислотой, то, я думаю, эффект был бы меньший. Конечно, у меня были подозрения, что кола – это чистая химия, при определенных условиях разъедающая не только стенки желудка, но и верхний слой эпителия, но я не думала, что процесс идет столь болезненно.
Бабка завизжала, вскочила и со всей дури толкнула белобрысого студента в грудь. Тот взмахнул руками, несколько секунд балансировал, затем не удержался и упал назад. В последнюю секунду я успела его поддержать, и, может быть, спасла от травмы головы. Углы лавок были хоть и закругленные, но с железными дугами поверх дерева.
- Бабуль, полегче, - возмутился парень, - что ж ты так дерешься-то?
Старуха громко задышала, отработанным круговым движением вытерла ладонью лицо, и испуганно огляделась.
- Граждане пассажиры, из-за ремонта путей отправление электрички задерживается на неопределенное время, - донеслось из металлической коробки связи.
По вагону прокатился возмущенный гул, пассажиры начали вставать с лавок и массово выглядывать в окна. Некоторые, особенно нетерпеливые, направились в тамбур. Захлопали двери, запахло сердитым табачным дымом.
- Вчера тут два часа стояли, - громко сказал дед в дырявой соломенной шляпе с заднего ряда, - ни пива попить, ни поссать.
Граждане рядом с дедом бодро подхватили тему.
- Как два часа? – испугалась наша старуха, - У меня ж коза!
- А енто ты Президенту скажи, что у тебя коза, - смешливо подмигнул дед, разворачивая серый сверток.
Внутри газетного кокона с выразительной рекламой интимных услуг оказалась тощая вобла, с одного боку без чешуи.
- Чего сразу Президенту, дед, - улыбнулся студент, - тут не царь виновен, а бояре.
Юноша встал и пошел в тамбур, старуха нервно ерзала на деревянной лавке, до блеска отполированной юбками и штанами граждан, которые ехали зедесь раньше.
Я засунула в сумку детектив, встала и тоже направилась в тамбур.
Утомительнее часового путешествия на электричке по Подмосковью, может быть только полуторачасовое стояние на неизвестном перегоне, в июльскую жару и без предусмотрительно прихваченной бутылки с водой.
В маленьком грязном тамбуре набилось человек десять, почти все курили, и клубы дыма окутывали людей, как зловещие облака апокалипсиса.
- Говорят, что это надолго, - сказал молодой человек, с которым мы спасли старушку, - меня, кстати, Вадиком зовут.
- Меня Лиза, - представилась я, - А вы не знаете? где мы? Кажется, Переверзено?
- До Переверзено еще пехать и пехать, - вмешался толстенький мужичок в вышитой косоворотке, - вон его видать, ваше Переверзино, за елками.
- Оно не мое, - заметила я, - мое – Воскресенск.
- А, ну так вам можно на автобусе, - тут же перешел мужичок к раздаче советов и указаний, - прямо возле станции стоянка, а чуть справа – уже и отходят. Спросите, вам водители подскажут, на каком доехать до Воскресенска.
- Спасибо, но я еще надеюсь доехать на электричке.
- Граждане! – гаркнул машинист из громкоговорителя, - я же сказал, сохраняйте спокойствие, не надо рваться ко мне в кабину!
- А мы и не рвемся! – заорали в тамбуре.
- Все равно электричка будет стоять еще час, как минимум!
- Как час?! – завопили возмущенные граждане, плюясь дешевым табачным дымом, - А ну, давай, трогай!
Машинист не ответил, в металлической коробке над дверью что-то затрещало, зашипело, и послышались звуки, напоминающие, работу неисправной бензопилы.
- Эй, ребя, айда к водиле! – предложил тощий улыбчивый мужичек под шафе, в тельнике с растянутым горлом, - неча нам лепить фуфелу, пусть газует.
Потный мужик в косоворотке налег на тяжелую дверь, та заскрипела железными членами, залязгала натужно, и, поддавшись, впустила в тамбур плотное облако горелого дыма.
- Пути свободны! – сообщил мужик в косоворотке, выглянув в мир.
Впрочем, железная змея уходила головой вдаль, и разглядеть, есть ли естественные преграды для движения, не представлялось возможным.
- А ну, подвинься, - отстранил мужика другой, пьяненький в тельнике и замер в нерешительности, глядя на расстояние от ребристого пола тамбура до подножья щебневой железнодорожной насыпи.
Затем сказал «Эхма!», торопливо перекрестился и сиганул вниз, прижав обеими руками сальный картуз к плешивой голове. Граждане в тамбуре охнули, подались вперед, напирая на первый ряд у открытой двери, отчего дядька в косоворотке заругался, спешно хватаясь за поручни и прочие выступающие места.
Между тем мужичок в тельнике приземлился чуть выше намеченного для посадки места, и, весело прикрикнув, съехал на тощей заднице вниз, под насыпь. В тамбуре радостно загалдели, кто-то зааплодировал. Мужичек встал, отряхнул старые штаны, и, помахав оставшимся в тамбуре.
Через несколько секунд после того, как он скрылся из виду, в громкоговорителе раздался треск, затем скрип, а затем тяжелое сопения, и, наконец, визгливый голос, может быть, помощника машиниста, заверещал:
- Немедленно успокойтесь! Иначе я вызову милицию!
- Ага, милицию! – загоготали граждане, - откуда ж ей взяться в чистом поле.
В тамбур просунулась наша толстая тетка с дерматиновой сумкой. Она тяжело дышала и время от времени вытирала бумажной салфеткой лоб, отчего в ее кустистых бровях осели мелкие потные катышки нежной салфетной бумаги.
- Нужно спускаться… - прохрипела она, как астматик перед приступом.
- Не высоко ли, - с сомнением проговорил «косоворотка», глядя в дверную прореху.
- Лучше умереть там, чем здесь, - прошептала тетка.
- Не надо, я боюсь покойников, - передразнил ее Вадик, хихикнув.
- Граждане, идите на фиг! Все равно будем стоять еще час, - рявкнул машинист из громкоговорящей коробки, неожиданно четко и ясно.
Тамбур загудел как улей, матерные возгласы заглушили те, что состояли из нейтральной лексики.
- Пустите меня! – завопила толстая тетка и, растолкав граждан, устремилась к выходу.
Мужика в косоворотке, оказавшегося последним препятствием на пути к цели, она смела пышной живой грудью, и когда тот затерялся где-то в ногах, не сбавляя скорости, шагнула в залитый солнцем мир. Только взмахнула полной рыхлой рукой, вздохнула глубоко и исчезла…
Я вскрикнула и тут же зажала рот руками. Присвистнув, почесав затылок, мужик в косоворотке. На секунду все стихло, затем послышался глухой шлепок, как будто уронили на насыпь тяжелый мешок, туго набитый тряпьем, и заскрипели по мелким камешкам грузные шаги.
Граждане облегченно выдохнули и засуетились смотреть.
Толстая тетка бодро шла вдоль насыпи, прижимая к горячему боку свою бесценную сумку. Черный сарафан заискивающе путался между коленей, бились о серые пятки тяжелые резиновые шлепанцы.
Граждане радостно загалдели. Идея катапультироваться в поле начала овладевать массами.
- Чего дожидаться-то? – кричали из противоположного угла, - Разве ж бывало когда лучше?
- Я пешком быстрей дойду, чем на этой… - гремел мужик в соседнем вагоне.
- У меня коза! – доносилось из нашего.
Я посмотрела на Вадика, Вадик – на меня.
- Ну что, рискнем? – весело спросил он.
- А смысл?
- Дойдем до станции и на автобус.
- Ну, что ж… Рискнем, – хихикнула я, - Только, ты первый.
- Ладно, - серьезно сказал Вадик и с некоторой торжественностью вручил мне свой шуршащий пакет из магазина «Додик». – Держи. Если со мной что-то случится, храни это.
Он шутил. В глазах поблескивали шальные ехидные искорки.
- Обещаю, - я театрально утерла воображаемую слезу, с трепетом приняла пакет и прижала его к сердцу.
Вадик обнял меня и склонил голову на плечо. Его собственные плечи затряслись в беззвучных рыданиях. На нас стали оборачиваться граждане.
- Кажется, мы пугаем людей - деловито сказал Вадик, - это не хорошо.
Мы переглянулись и хихикнули. Может быть именно о таких случаях в слезливых романах с розовыми обложечками пишут «ей показалось, что они знакомы целую вечность». А потом - «они были созданы друг для друга». А еще через пару десятков страниц – «крепкой мускулистой рукой он взял ее за нежную девичью грудь». Нет, это, пожалуй, уже из другой оперы.
Вадик между тем подошел к самому краю, глянул вниз, повернулся, улыбнулся мне, затем сделал вид, что случайно оступился и, беспомощно замахав руками, прыгнул вниз. Тамбур замер, мужик в косоворотке покосился на меня, в вагоне охнули старухи. Затем через дымную завесу в тамбур донесся беззаботный свист и я бросилась к двери, расталкивая потных пассажиров.
Вадик стоял у железнодорожной насыпи, насвистывая.
- Вадик, - закричала я, крепче прижимая к груди угластый пакет с надписью «Додик», - я готова.
Граждане молча расступились, и я прошла по живому коридору, чувствуя, как провожают меня взгляды – все разные, но все пристальные – от жалостливых до завидущих.
На самом краю я остановилась, вздохнула, окинула взглядом чисто поле и... прыгнула.
Странное ощущение. Готовишься, готовишься… Как будто к чему-то долгому, серьезному и важному, а оказывается, что прыжок – это миг, секунда и способности думать и сокрушаться, что же теперь будет, просто нет.
Теплым ветерком дунуло в уши, в солнечном сплетении сжался в комок и вздрогнул пустой желудок, правая нога почти по щиколотку ушла в мелкие камешки, из которых состояла насыпь.
Пакет я не выпустила, наоборот, прижала его в полете так крепко, что острые углы книжек оставили между ребрами, как раз под жесткой дужкой бюстгальтера, красные симметричные следы.
Зрители в тамбуре и у окон зааплодировали, подоспел Вадик, взял у меня пакет и помог вызволить ногу из сыпучей ловушки. Как только мы вышли на дорожку, ведущую вдоль железнодорожной насыпи к Переверзено, из электрички стали прыгать люди.
Бабки с узлами, дядьки с граблями, молодые тетки в черных очках, с плетеными прямоугольными сумками, сварливые мамаши, готовые покусать каждого, кто неласково посмотрит на их чадо и, при этом, сами пинающие этих чад почем зря, - все они сердито поругиваясь, сыпались из вагонов, как спелые груши с тонких веток, падали на насыпь, вставали, отряхивались и снимали туфли, чтобы вытрясти из них мелкие камешки, и продолжить свой путь пешком
Идти с Вадиком было весело и приятно. Он все время шутил, рассказывал смешные истории из студенческой жизни, кривлялся и жеманничал. И делал он все это так естественно и мило, что не возникало ощущение неловкости, сопровождающее общение с незнакомым человеком.
Солнце меж тем палило нещадно, в воздухе чувствовался едкий запах умирающих торфяников, а осоловевшие мошки бросались в лицо, норовили забиться в нос и гибли от собственного несовершенства и страстного желания свободы.
Впереди показался железнодорожный перегон, а за ним – тоскливая платформа станции Переверзено.
Слева от платформы, за клумбой, поросшей высоким сочным бурьяном, фырчал маленький автобус-каракатица, из тех, что давно подлежат списанию, но все еще трясутся по подмосковным дорогам, из последних сил помогая людям. Я заскочила почти на ходу, и двери со скрипучей тоской захлопнулись. Каракатица закачалась и медленно начала ползти на поворот.
- А телефон?! – прокричал Вадик, устремляясь за автобусом.
- Триста пять... двадцать четыре... – закричала я в окно.
- Не слышу! – кричал Вадик, не успевая.
- Гражданка, закройте окно, - заверещала тетка с переднего сидения. – Дышать же невозможно от торфяного дыма!
Вадик махал мне рукой, и что-то кричал, но автобус уже набрал скорость и, квакнув глушителем, еще раз повернул налево.
Мне захотелось плакать, я опустилась на горячее клеенчатое сидения, и стараясь сдержать глупые сентиментальные слезы, стала мысленно считать слонов, как учила в детстве мама.
Раз – слон, два- слон, три слон…
- Оплачиваем проезд! – гаркнул водитель, видимо мне.
Я полезла в карман. Затем во второй. Потом стала лихорадочно рыться в сумке…
Кошелька с деньгами и паспорта… не было....
***
На улице Советской в городе Воскресенске только первый дом в пять этажей, остальные восемнадцать – скромный частный сектор.
На первом этаже многоэтажки разместились все организации, с которыми у средне статистического человека может возникнуть необходимость в сотрудничестве: магазин, парикмахерской в два кресла, поликлиника и опорный пункт правопорядка.
Дверь в «правопорядок» закрыта.
Я посмотрела на часы в мобильном телефоне. Странно, вроде должны работать.
Подергала ручку, постучала. В подъезде голоса были слышны отчетливо, но телефонный звонок надрывался так, что разобрать слова получалось.
Минут через 15 дверь все-таки открылась, и вышел молодой, коренастый, как бойцовский пес, человек, в дырчатой майке и застиранным джинсах. На полуоголенной загорелой груди – золотая цепь с золотым же спасителем на кресте. Если б такого товарища я увидела вечером на безлюдной улице – перешла бы, от греха подальше, на другую сторону дороги.
- Мне бы, - смешалась я, - бумагу подать.
- А что у вас? Жалоба на соседей?
- Нет, у меня это… Ограбление.
- Да? – задумался мужик, почесал крепкий коричневый затылок и, приоткрыв дверь в участок, прокричал, - Тут ограбление.
- Етить… - коротко ответили из комнаты.
- Заходите, - пригласил парень, открывая передо мной дверь пошире.
Логово участкового, как я и предполагала, являло собой образец спартанско-советского дизайна интерьеров: облезлый шкаф, стол, три стула и маленький квадратный сейф. Да здравствует аскетизм работников пистолета и дубинки!
На столе была распластана газета, на которой, судя по косвенным уликам, принял мученическую смерть вяленый лещ. В комнате нестерпимо воняло пивом и рыбьими кишками. За столом сидел унылый взъерошенный мужчина лет сорока, в форменной голубой рубашке при погонах и с расстегнутым воротом. Глаза его были похожи на цветные стеклянные витражи в провинциальном соборе – синие и мутные.
- Грабеж? – переспросил он, и добавил, - этого мне только не хватало.
Я немедленно почувствовала себя виноватой не только в нарушении покоя милиционеров, но и в самом грабеже, отчего стушевалась, и какое-то время подыскивала слова, - с чего бы начать. Молодой в дырчатой майке неторопливо свернул газету и спрятал ее в сейф. Затем вынул оттуда же мятый бланк и шариковую ручку.
- Пишите, - сказал без интереса.
- Что? – испугалась я.
- Все. И помните про ответственность за дачу ложных показаний.
- Да, я знаю. Я смотрела сериал «Менты».
- У нас тут не кино, - тяжело глядя сквозь меня, сказал тот, что в погонах, - у нас тут настоящие преступления. Не сериальные, а серийные.
- Прямо тут? – испугалась я.
- Пишите, - напомнил молодой, - где, когда и что было похищено. И кого подозреваете.
- Паспорт и деньги были похищены.
- Сколько? – оживился в погонах.
- Триста рублей. Или пятьсот…
- Хорошо жить народ стал, - присвистнул милиционер, - слыш, Колян, она не помнит, триста или пятьсот!
- Главное – паспорт, - обиделась я.
- Паспорт – это не к нам, это в паспортный стол, - заметил Колян, украдкой вытирая жирный пальцы о серую занавеску.
- Паспорт? – задумчиво переспросил старшой, - слыш, Колян, а может это опять маньяк?
- Кто? – ужаснулась я, чуть не выронив ручку.
- Да повадился тут один паспорта воровать, - спокойно объяснил Колян, - у молодых девок. Вытащит, адрес посмотрит, а потом приходит через неделю-другую.
- И что? – внутри меня стало по-зимнему холодно.
- Ну, как обычно, - уклончиво ответил Колян.
- А как он выглядит? – шепотом спросила я.
- Да пес его знает, - вздохнул старший, - обыкновенно выглядит. Молодой. Славянской внешности.
- Славянской?
- А вы как думали? – рассердился он. - Насмотрятся по телевизору про преступления лиц кавказской национальности, а на своих, белобрысых - ноль внимания.
- Да вы не волнуйтесь, - сказал Толян, - маньяк только в электричках паспорта ворует. Почерк у него такой.
- Так у меня тоже… В электричке…
Стражи переглянулись.
- Ну… - начал старший, - это еще не факт, что маньяк. Он московский. Просто на нашей ветке работает. Вы прописаны в где?
- В Москве.
Милиционеры опять переглянулись.
- Похоже на третий эпизод, - тихо сказал Толян.
- Как на третий? – заволновалась я. – Значит, были второй и первый? И что с жертвами?
- С жертвами у него все в порядке, больше не жалуются, - неопределенно сказал старшой. – Ладно, вы пишите.
А сам встал из-за стола, явив миру большое жирное пятно на форменных брюках, и, пройдясь вдоль стены, заглянул мне через плечо:
- Вы пишите все точно, не забывайте деталей. Это может помочь следствию. Потом. Предотвратить, так сказать, последующие страшные события.
Руки у меня задрожали, перед глазами побежали маленькие черные букашки. Я хотела что-то сказать, даже крикнуть, но в один миг во рту пересохло, и вырвался только слабый хрип, как будто сдерживаемый приступ кашля.
Последнее, что я услышала более-менее четко, были слова старшого:
- Колян, воды дай! Нету? Епть… Ну пива возьми в сейфе.
***
- Ну почему, ну почему моя дочь такая дура? – спросила мама у старенькой жимолости, которая скромно росла у самого крыльца, словно ей не хватило места в саду.
Жимолость не ответила, хотя вопрос был уже не нов, задан был не впервой, и она могла бы уже подготовиться. Мама горько вздохнула, поправила газовую косынку с тонкими люриксовыми блестками, и, не глядя на меня, ушла за дом – в огороды.
Дернул меня черт за язык рассказать о пропаже кошелька. Могла бы сказать, что просто забыла. Хорошая мысль приходит обычно после того, как в ней возникает необходимость.
- Мама, я думала он со мной флиртует, честное слово...
- Флиртует! – мама презрительно фыркнула. – Ты не знаешь мужчин! Тебе давно пора устроить личную жизнь, а не флиртовать по электричкам с уголовниками.
- Но я же не знала!
- А я тебе говорила, что порядочная девушка никогда не будет знакомиться на улице.
- Так я же не на улице, я же в электричке...
- Ты прекрасно понимаешь, что это одно и тоже. Как у тебя на лично фронте?
Мама всегда называла личное – фронтом. Видимо, подсознательно считала, что это место для битвы не на жизнь, а на смерть.
- Я скажу тебе… потом, - решила я и, чтобы перевести разговор на другую тему, спросила, - а кто со следующего года будет завучем в твоей школе?
И я тут же пожалела, что задала этот вопрос.
- О, Лиза! – воскликнула мама, схватившись за голову, - такие интриги! Ты не представляешь! Ты не представляешь, девочка моя, как жесток и коварен может быть мир!
В течение следующих двух дней мой проступок был забыт, и я только слушала.
***
В воскресенье, не чувствуя ног от усталости, я вернулась домой. Дочерний долг был выполнен с лихвой – мамин дачный огород стал почти образцово-показательным местом.
Вечером, закрывшись на оба замка и оставив свет в коридоре, я смотрела телевизор в своей московской квартире. Длинноногая брюнетка с резиновой грудью бегала по экрану, заламывала руки и визжала «О, нет!». За ней крался некто в маске и черном балдахине с капюшоном. В руках некто сжимал дорогостоящий антикварный кинжал, острый клинок которого не повредился за долгие века в гробнице фараона. Одна из соседок героини была ведьмой, но героиня об этом не знала. Зато знали все зрители, включая меня, закутавшуюся по шею в кусачий клетчатый плед, как в защитный саван.
За окном вечерело, тонкие ветки бились в форточку, большая пыльная бабочка с разгону врезалась в настольную лампу и упала вверх лапками на стол.
Брюнетка с грудью уронила телефон, он разбился, а тетка отпрыгнула и закричала. Где-то скрипнула дверь, вероятно, убийца в маске пробирался в дом через заднюю дверь. Со звоном захлопнулось окно, брюнетка задышала часто и глубоко, прижавшись к стене в темном углу между комодом и дверью в столовую.
Я тихо вскочила на ноги, не снимая пледа, пробежала к окну и плотно закрыла форточку. Не знаю почему.
В дверь героини позвонили.
В этот момент раздался звонок и в мою дверь.
Мы с грудастой брюнеткой синхронно заорали и метнулись к дверным глазкам.
Не знаю, что увидела в глазок она, я увидела охапку розовых пионов на фоне джинсовой куртки.
- Вы к кому?! – завопила я, дрожащей рукой пытаясь нащупать телефонную трубку.
_ Мне бы Лизу, - послышалось из-за двери.
- Какую Лизу? – испуганно спросила я.
- Сейчас фамилию посмотрю, - ответили из-за двери, голос показался мне знакомым.
Пионы исчезли из поля зрения и я увидела в глазок Вадика, сосредоточенно листающего мой паспорт.
- Ой... – сказала я и почему то спросила – Ты маньяк?
- Нет, - ответил Вадик. – Я системный администратор. И учусь. Заочно...
- А как ты меня нашел?
- Так по паспорту, по прописке. Я его в электричке подобрал. Правда, ты на фотографии совсем на себя непохожа.
- В смысле? – спросила я, пытаясь понять, хорошо это или плохо.
- Ну, ты в жизни красивая, а на фото – нет.
Аватара пользователя
Doctor Lloyd
Модератор
 
Сообщения: 1281
Зарегистрирован: Август 7th, 2005, 9:04 am
Откуда: Москва
Число изданных книг/Жанр/Издательство: Малая проза

Сообщение Искатель Октябрь 12th, 2007, 11:06 am

Первые две трети - "вязкие"; все эти постоянные описания потных людей в электричке, поддатых мужичков и чокнутых бабок, если честно, порядком утомляют :roll: Много повторов. Вообще человек, который регулярно ездит на электричках, по личному опыту приобретает иммунитет к подобным вещам, и попросту их не замечает.

Перелом начинается ближе к середине, где Лиза и Вадик "играют в любовников". Это реально живая сцена, но она же и вызывает вопросы - обычно так ведут себя школьники, причём из одного класса, максимум - студенты-первокурсники, но никак не незнакомые люди. Честно - вызывает недоверие. Не знакомство, а именно эта "театральщина", как вы сами сказали.

Судя по названию, идея рассказа строится на сомнениях героини. Но там эти метания совсем не показаны. Если страх есть, то он должен был нагнетаться постепенно, от низкого до наивысшего градуса. Так мне кажется... А этого здесь не видно, есть только короткое "похолодело" и "А как он выглядит?" в милиции.

Я тихо вскочила на ноги, не снимая пледа, пробежала к окну и плотно закрыла форточку. Не знаю почему.

- на мой взгляд, маловато для "маньяка".

Знакомство героев завязано на бабке. Но её линия, дойдя до кульминации, просто обрывается в нуль, и всё:
- Бабуль, полегче, - возмутился парень, - что ж ты так дерешься-то?

Почему бабка дралась? (ясно - дура, но всё же...) И почему "Старуха громко задышала, отработанным круговым движением вытерла ладонью лицо"? Ей что, каждый день плещут Колой в лицо? :wink:
Хотя это больше придирки, конечно.

Зато, продравшись через все длинноты до сцены в участке, я получила удовольствие от языка. И от рассказа :) :

P.S. Хотя с жабой, на мой взгляд, всё-таки явный перебор 8)
P.S.S. Ещё, замечу, Колян у вас неожиданно превращается в Толяна
Искатель

 
Сообщения: 2094
Зарегистрирован: Январь 21st, 2005, 7:12 pm

Сообщение Исолемент Октябрь 12th, 2007, 11:38 am

А мне понравилось, забавно и мило :wink:
Парадокс: яой - самый романтичный жанр в манге. Кто погуглит, тот поймет.
Аватара пользователя
Исолемент

 
Сообщения: 1449
Зарегистрирован: Апрель 28th, 2006, 9:40 am
Откуда: Москва
Число изданных книг/Жанр/Издательство: Начинающий литератор

Сообщение Липа Октябрь 12th, 2007, 11:50 am

Язык хороший, сюжет закручен. Только совершенно не разделяю радость ГГ. Если он пришел с пионами и назвался сисадмином -- значит, он точно не маньяк? Я бы не впустила его, чесслово.
Будьте счастливы при каждом удобном случае!
Аватара пользователя
Липа
Автор Экслибриса/1 книга
 
Сообщения: 902
Зарегистрирован: Март 23rd, 2006, 6:18 pm
Откуда: Минск

Сообщение Исолемент Октябрь 12th, 2007, 1:00 pm

Я бы не впустила его, чесслово.

Реально факт. Непонятно, как он мог найти ее паспорт в электричке? Он что, вернулся в нее? И до него никто не подобрал?
А сцена прощания напомнила Девушку без адреса :lol:
Парадокс: яой - самый романтичный жанр в манге. Кто погуглит, тот поймет.
Аватара пользователя
Исолемент

 
Сообщения: 1449
Зарегистрирован: Апрель 28th, 2006, 9:40 am
Откуда: Москва
Число изданных книг/Жанр/Издательство: Начинающий литератор

Сообщение Влад Силин Октябрь 12th, 2007, 3:13 pm

Вы наблюдательны и умеете передавать ощущения словами. Иногда эта ваша способность идёт рассказу во вред. Чтобы описать обстановку, создать эффект узнавания места, нужно несколько предложений. Вы это умеете, и вы это прекрасно сделали. С первых же предложений я ощутил себя в пригородной электричке. Но дальше... Дальше пошли повторы и длинноты.
Та же история повторяется с эмоциональным состоянием героини. В первом абзаце вы показали, что героиня считает себя дурнушкой. Замечательно. На этом стоило бы остановиться. Весь ваш рассказ вы транслируете лизино недовольство жизнью. Создаётся эмоциональный фон, который читатель относит уже не к героине: к рассказу в целом. Вы талантливо заставляете читателя ощущать скуку, усталость, обречённость. Зачем? Читатель берётся за литературу, чтобы развлечься или научиться чему-либо, но никогда – чтобы устать.
Сюжет вы строите неторопливо. Первое сюжетное событие рассказа происходит, когда героиня обнаруживает пропажу паспорта. Всё, что было до этого – затянувшаяся экспозиция. Второе событие – милиционер сообщает, что героиня возможно станет жертвой маньяка. Вот тут бы и начаться прекрасной драме, тут бы и разрешиться острым, злободневным проблемам, но вы как-то постеснялись использовать преимущества найденного вами сюжета. Сцена встречи с матерью совершенно излишня. Кусочек от «Ну почему, ну почему моя дочь такая дура?» до «...я только слушала» можно безболезненно выкинуть. Он ничего не прибавляет ни к сюжету, ни к психологическому портрету героини.
Третье сюжетное событие назрело, когда Лиза услышала звонок в дверь. Оно так и не произошло, вы раньше закончили рассказ. Возникает соблазн предположить, что это так называемый «открытый конец». Нет. После затянутой экспозиции, после стольких лишних абзацев и сцен нельзя вручать читателю набор «Сделай сам», это будет не совсем честно.
И вот тут мы подходим к очень деликатной теме.
Перед героиней... нет, главным образом перед вами – стоит серьёзный выбор. Бежать от него нельзя. Литература – стриптиз души, как это ни тяжело. То, как поступит Лиза, поверит ли она в людей, получит за это награду или наказание – испытание прежде всего для вас. Читатели согласятся с вами или нет – дело десятое. Сделав этот выбор, вы в чём-то измените прежде всего себя, станете честнее, сильнее или, наоборот, пойдёте на поводу у своих страхов.
Влад Силин

 

Сообщение Автор Октябрь 12th, 2007, 5:52 pm

Влад Силин писал(а):Вы талантливо заставляете читателя ощущать скуку, усталость, обречённость. .


Я увидела слово "талантливо"! Значит, нет места слову "безнадежно". Думаю, это похвала. :-)

Влад Силин писал(а):Сцена встречи с матерью совершенно излишня. Кусочек от «Ну почему, ну почему моя дочь такая дура?» до «...я только слушала» можно безболезненно выкинуть. Он ничего не прибавляет ни к сюжету, ни к психологическому портрету героини..


Мне показалось, что если убрать этот кусок, переход будет слишком быстрым. Вот она в электричке и вот уже она опять в Москве. Нужен небольшой абзац, чтобы сказать, что она, собственно, была у мамы на даче.

Влад Силин писал(а): Перед героиней... нет, главным образом перед вами – стоит серьёзный выбор. Бежать от него нельзя. Литература – стриптиз души, как это ни тяжело. .


Я бы не определяла выбор героини, как очень серьезный. Это просто забаное событие, в чем-то смешное, в чем-то переживательное, как-то так.
А литература - да, это стриптиз души. Соверненно с вами согласна. И для того, чтобы писать Литературу надо быть немного эксгибиционистом. Душевным. :-)
Аватара пользователя
Автор

 
Сообщения: 1614
Зарегистрирован: Февраль 2nd, 2007, 6:14 pm

Сообщение Автор Октябрь 12th, 2007, 5:54 pm

Искатель писал(а):Зато, продравшись через все длинноты до сцены в участке, я получила удовольствие от языка. И от рассказа :) :

P.S. Хотя с жабой, на мой взгляд, всё-таки явный перебор 8)
P.S.S. Ещё, замечу, Колян у вас неожиданно превращается в Толяна


Спасибо. :-)
А Толян... гм... прошу прощения... Это он как-то сам, паразит такой, превратился. Недоглядела.
Аватара пользователя
Автор

 
Сообщения: 1614
Зарегистрирован: Февраль 2nd, 2007, 6:14 pm

Сообщение Elsie Октябрь 13th, 2007, 9:49 am

Написано очень вкусно и натуралистично. Аж мороз по коже от этой электрички с тетками и дядьками:)
Elsie

 

Сообщение Шерри Октябрь 13th, 2007, 3:55 pm

Рассказ прочитала с огромным удовольствием, хотя, по моему мнению, это совершенно не чиклит. И любовная линия, ко всему прочему, плетется где-то позади.
Но несмотря на все это, спасибо автору за чудесное произведение.
Прежде всего, язык. Порадовали свежие речевые обороты, незатасканные сравнения, яркие и образные кусочки текста. Достаточно много веселых и ужасно смешных моментов. :D
На столе была распластана газета, на которой, судя по косвенным уликам, принял мученическую смерть вяленый лещ.

Такое интересное построение предложений очень понравилось.
В общем и целом, понравилось все, но не могу не пройтись и по очевидным недостаткам работы. :roll:
Я посмотрела на часы в мобильном телефоне. Странно, вроде должны работать.

Казалось бы, речь должна идти о часах. Но здесь ведь имелось в виду, что отделение милиции должно работать.
- Да? – задумался мужик, почесал крепкий коричневый затылок и, приоткрыв дверь в участок, прокричал, - Тут ограбление.

Это не ограбление, а воровство.
Ограбление имеет характер насильственного захвата имущества, к примеру, вооруженными людьми..
В дверь героини позвонили.
В этот момент раздался звонок и в мою дверь.

Банальный и затасканный прием. Единственное, что не понравилось в рассказе, это история с просмотром этого страшного кинофильма и проекцией страха на окружающую действительность.
Не знаю, что увидела в глазок она, я увидела охапку розовых пионов на фоне джинсовой куртки.

Выход из ситуации с кинопросмотром порадовал. Интересно.
Автор - спасибо, хороший рассказ.
Шерри

 

Сообщение Элла Октябрь 13th, 2007, 4:59 pm

Мне показалось, что автор несколько растерялся и не собравшись с мыслями принялся писать-писать и не смог прекратить, когда это стоило сделать. Дочитать первую часть очень трудно. Он скучная, если честно. Написана неплохим языком, с деталями и все такое, но по большому счету описание не настолько оригинально, чтобы увлекать только лишь описанием электрички и всех потных дядек.

Почему парень с пакетом прыгать не стал, а девушка прыгнула, вдавливая уголки и косточки лифчика в свое нежное тело?
Элла

 

Сообщение Шерри Октябрь 13th, 2007, 5:19 pm

Почему парень с пакетом прыгать не стал, а девушка прыгнула, вдавливая уголки и косточки лифчика в свое нежное тело?

Оппа! А я и не обратила на этот момент внимания. :) Действительно, странно.
Шерри

 

Сообщение Варвара Октябрь 13th, 2007, 6:21 pm

Текст не прочитала, а «проглотила». Не потому, что это конкурсный рассказ и прочитать его, мол, надо, чтобы оценить, а потому что просто интересно. Поразил «эффект присутствия», как будто бы это я сама ехала в той электричке, вдыхала из окна гарь с торфяников, плюхалась на горячее сиденье в автобусе.
Подкупила простота, отсутствие вычурности или драматичности, отсутствие желания пококетничать с читателем, понравиться ему, во что бы то ни стало, поразить, оглушить.

Заявленный ли это жанр? Не знаю. Да хоть бы и нет. Всё равно хорошо, что автор написал этот рассказ. Вот если бы рассказ сделать более компактным во времени, как бы в формате «здесь и сейчас». Потому что действие в электричке получается растянутым. Вот если бы главная героиня в самой электричке узнала о существовании маньяка от тетки или бабки, или те же оперативники ехали рядом, и она случайно услышала их разговор о маньяке. А потом бы шла с парнем вдвоем через лес до станции и обнаружила бы пропажу паспорта...
Не знаю, но мне кажется, что электричка объемна по тесту, собственно она и есть изюминка рассказа, но она провисает в воздухе в результате, смотрится обидно не логично. Действию не нужно было уводить от электрички. Имхо.
Варвара

 
Сообщения: 78
Зарегистрирован: Июнь 2nd, 2007, 8:30 pm

Сообщение Варвара Октябрь 13th, 2007, 8:24 pm

Шерри писал(а):
Почему парень с пакетом прыгать не стал, а девушка прыгнула, вдавливая уголки и косточки лифчика в свое нежное тело?

Оппа! А я и не обратила на этот момент внимания. :) Действительно, странно.

Вообще естественно было передать подержать пакет перед прыжком. Но потом сразу забрать и свой пакет, и книгу девушки, когда она станет прыгать. Но, возможно, она не стала дожидаться, когда он заберет, а сразу прыгнула следом. Тогда и понятно было бы, в какой момент паспорт девушки оказался в вещах парня. Но вот намеренно или случайно всё равно читателю было бы не ясно.
Варвара

 
Сообщения: 78
Зарегистрирован: Июнь 2nd, 2007, 8:30 pm

Сообщение Светлана С. Октябрь 14th, 2007, 10:52 pm

Автор - мастер описания деталей. И так подробно и четко описывает, что картинка так и встает перед глазами. Словно я сама в том вагоне нахожусь. И на улице жара, а не октябрьская промозглость. Как я такому умению завидую. Белой завистью, не подумайте ничего плохого.
Конечно, на мой взгляд читателя, начало растянуто. Пока дошла до интересного, пока продралась через потные тела и кричащих младенцев, забыла, что чиклит читаю.
Да это и не важно. Было просто интересно читать. Особенно с того места, как электричка остановилась.
Удачи Автору в конкурсе!
Светлана С.

 
Сообщения: 156
Зарегистрирован: Январь 4th, 2007, 8:42 pm

Сообщение Юлия_Набокова Октябрь 15th, 2007, 8:33 am

«Я некрасивая» - эта неновая мысль

Ошибка в четвертом же слове рассказа сразу подпортила впечатление, но потом вчиталась и перестала замечать буквы и слова - как будто перенеслась внутрь кинофильма. Сидела на сиденье в электричке рядом с героями, сторонилась от истеричной бабульки, прыгала на насыпь. Однако, не стоит забывать про "сестру таланта", уж очень растянутое описание поездки в электричке получилось. Поэтому несмотря на ощущение присутствия внутри рассказа, некоторые моменты хотелось "промотать" вперед, как на видео.

В финале у меня тоже возникло недоумение: если пришел с букетом пионов, то уже не маньяк? А если он так ко всем жертвам сперва в доверие входит, потом является с цветами паспорт вернуть?

Задумка интересная, но рассказу не хватает структурности, выверенности и лаконизма. Он как воздушный шарик - раздут от деталей, подробностей и второстепенных персонажей.
Моя новая книга - http://www.labirint.ru/books/257565/
Аватара пользователя
Юлия_Набокова

 
Сообщения: 2029
Зарегистрирован: Ноябрь 26th, 2004, 8:49 am
Откуда: Москва
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 9/юмористическое и городское фэнтези/Альфа-книга, АСТ

Сообщение Iren Октябрь 22nd, 2007, 12:41 am

Очень милая романтическая история. Уже после прочтения оглянула текст еще раз, и подумала, что начало можно подсократить. Но пока читала, никакой затянутости не чувствовалось и вообще вагон показан шикарно. Удачи автору.
Iren

 


Вернуться в Конкурс в жанре чиклит

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1